Ветер, ласкающий кожу, запах травы и листьев, вкус земляники, тяжесть и тепло кота, устроившегося на моих ногах, как в колыбели.
Аромат липового цвета и меда, шелк волос между пальцами, тепло ладони, скользнувшей мне на бедро.
Я вздрогнула, будто просыпаясь. Отдернула руку. Алан помедлил лишь самую малость. Отодвинулся, бросил в рот ягоду. Я снова погладила кота, не зная, куда девать глаза и руки. Алан наблюдал за мной, кажется, от души веселясь.
– К слову, его котейшество немногим такое позволяет, – заметил он наконец.
– Ты всегда таскаешь его с собой? – снова сделала я вид, будто не понимаю намека.
– Нет, – улыбнулся Алан. – Когда подворачивается симпатичная кошечка, он спит не у меня на кровати.
– Похоже, он вовсе не спит у тебя на кровати.
– Весна же. – Алан приподнялся на локте, беззастенчиво меня рассматривая. – Но здесь он пока не огляделся особо. Впрочем… есть одна сероглазая. Норовистая… Чую, ходить ему с расцарапанной мордой, – мечтательно произнес он. – А, может, с расцарапанной спиной, м-м?
– Экий быстрый! – рассмеялась я.
– Ну а что? – Он перевернулся на спину и потянулся – в самом деле, как разнежившийся кот, уверенный, что его погладят по пушистому животу. – Разве не хорош?
Я снова расхохоталась. Нет, ну каков наглец!
– Хорош, – не стала я спорить. – Всем хорош. Только…
– Только?.. – Он сел, разом посерьезнев.
Я тоже перестала улыбаться. Всем хорош. Только все его улыбочки и шуточки словно в пустоту проваливаются. И эта вечная игра больше не будоражит кровь. Будто что-то сломалось во мне.
Сгорело. Вот и настроение скачет туда-сюда. Только что смеялась, а теперь снова плакать хочется. Ни о чем— просто так. Сидеть и отчаянно жалеть себя.
– Только когда клочья шкуры и половина хвоста остались в пасти бешеных собак, не получается думать о весне.
Он оказался рядом в одно мгновение, обнял за плечи.
– А по мне – так именно тогда о ней и думать. Жить, пока мы живы.
Алан накрыл мои губы своими. Он целовал уверенно, настойчиво, точно вовсе не сомневался, что я отвечу.
Пальцы пробрались мне в волосы, ладонь легла на талию. Мои губы раскрылись ему навстречу, сдаваясь под этим напором, но в тот же миг он отстранился, заглянул мне в глаза.
– Или ты совершенно не умеешь целоваться, – прошептал он, все еще придерживая меня за затылок, – Или…
Я не отвела взгляда. Стыдиться мне нечего.
– Скажи только одно. – Он отстранился. – Есть кто-то?"
"Я покачала головой. Алан ослепительно улыбнулся.
– Ну тогда я подожду. Немного. А это авансом.
