— У меня трудное время. Все это тяжело.
— Со мной тебе было бы легче, ты же знаешь. Я могу всегда быть рядом.
— Знаю, — киваю, отпивая кофе. — Я благодарен.
— Ты не слишком подсел на кофеин?
— Нет, — пожимаю плечами. — Не выспался. В сутках аж двадцать четыре часа. Пережить их труднее, чем кажется, особенно, если совершенно не можешь спать.
Глаза Виктории расширяются.
— Опять кошмары? Что тебе снится? Поделись со мной.
— Ерунда всякая, — откидываюсь на диванчик. — Не имеет значения.
— Ты для меня имеешь значение, — произносит жалобно.
— Давай… Давай я приготовлю тебе сегодня вечером ужин? Побудем вдвоем? Поговорим.
— Может быть в другой раз?
— Но я еще ни разу не была у тебя в гостях, если, конечно, не считать того, что приходила кормить твоих дурацких рыбок несколько месяцев назад, когда ты уезжал! — закусывает губу. — Что происходит между нами? Все изменилось, я чувствую. Я тебе больше не важна.
— Нет, что ты, Виктория, — со вздохом поднимаюсь к ней. Сажусь рядом, обнимаю. Она отворачивается.
— Очень важна. Я просто дебил. Прости меня.
Молчит. Шмыгает носом. Морщится.
— Ты закрылся от меня, я же чувствую.
Снова потираю переносицу и вздыхаю. Эти девушки такие сложные.
— Приходи сегодня и приготовь нам ужин. Я буду ждать.
— Нет, это одолжение уже. Я хочу, чтобы ты хотел.
— Я хочу, — нежно обнимаю ее за плечи. — Очень.
— Правда? — поворачивает голову. Счастливо улыбается.
— Да.
— Я куплю продукты.
— Не нужно, я сам, — натягиваю скудную улыбку в ответ. — Ты главное приходи.
Расскажешь, что нового, как на личном.
Уголки губ Виктории опускаются, она отворачивается к окну.
— Да ничего нового, — шепчет дрогнувшим голосом. — Все по-старому.
— Все будет хорошо, — взлохмачиваю ей волосы на макушке. — Не грусти, пожалуйста."
"Но она опять вздыхает и ничего не отвечает.
К вечеру слегка прибираюсь в квартире, не то чтобы сильный бардак, но все же выглядит по холостяцки захламлено. Кормлю «своих дурацких» рыбок. Врубаю телик, вытаскиваю из холодильника напитки и ставлю на стол.
Вроде, ничего. Нормально.
Сойдет.
Домофон пиликает, и я отвечаю, чтобы она поднималась. Виктория сообщает, что ей нужна помощь с продуктами, и я устало вздыхаю. Сказал же сам куплю, до чего упрямая девчонка.
Выхожу на лестничную площадку, спускаюсь на лифте и забираю из машины Виктории несколько наполненных доверху пакетов. Поднимаемся наверх, Виктория открывает своим запасным ключом захлопнутую дверь (вечно забываю об этой особенности квартиры.
