— Хочу идти босиком, — я наклонилась и сняла свои босоножки, и мои ноги утонули в прохладном песке.
Пульс стучал в ушах, я не понимала, что делаю.
Марк тоже снял свою обувь и его ноги тоже утонули. Мы посмотрели друг на друга и почему-то улыбнулись.
— Я очень скучала, — вдруг произнесла я, не знаю отчего у меня возник такой порыв. Наверное, это все эта его фирменная ямочка, внезапно появившаяся на его щеке и мгновенно пронзившая мое и без того разбитое сердце.
— И я.
Мы пошли вдоль пляжа, держась за руки.
Наши пальцы переплелись.
Мне хотелось, чтобы этот момент никогда не заканчивался.
Я хотела быть с ним.
— Давай останемся здесь на всю ночь?
— Твой парень будет волноваться.
— Какой парень? — не поняла я.
— А, ну да, у тебя же их много. Наверное, тот, что ждет тебя в вашей квартире.
— Чудик что ли? — не сдержала улыбки. — Какой же он мне парень. Мы с ним друзья на века. К тому же он должен быть уехать сегодня.
Марк остановился и пригляделся к моему лицу.
— Друзья?
— Конечно. А ты что, Маркуш, ревнуешь?
Ох, зачем я такое спросила? Совсем забылась, показалось, что мы как раньше, снова заигрываем и вызываем друг друга на эмоции. Но это не так. Уже давно все изменилось.
Улыбка сошла с моих губ, я медленно подняла на него свои заплаканные глаза.
— Да. Ревную.
И он пошел дальше, а я смотрела ему в спину, приоткрыв рот. Мы никогда друг другу так прямо не признавались, а сегодня день откровений.
— И я…
Марк остановился, вздохнул и повернулся ко мне.
И мы уставились друг на друга.
— Ревную тебя… сильно… к твоей девушке.
Марк молчал. А я не могла остановиться, я говорила:
— Когда ты уехал, я не могла понять, что происходит, я как дура следила за соцсетями, постоянно заходила на страницу к твоей девушке. Это было так глупо. Я видела, что вы вместе ходили в ресторан, я видела ваше фото в самолете! Я не могла спать, не могла есть, не могла учиться.
— Я же сказал, что улетел к родителям.
Это было очень срочно.
— Я увидела вас вместе в ресторане, когда выбирала торт…
— Я знаю. Я туда из-за тебя пришел. Проверить хотел. И я вас видел.
— Что? — ветер стал еще более холодным, я сощурилась и повернула голову. Волосы раздувало во все стороны. Продолжало нагнетать ощущение, что резко наступила зима. Я сжалась, погладила свои плечи ладонями. Они все были в мурашках.
Марк открыл рот, потом закрыл. Он словно хотел и не хотел говорить.
