У меня дело важное! Ты конкретно так мешаешь!
Хватает сумку и испаряется. Дошло, наконец-то.
С тяжелым вздохом продолжаю кропотливую работу.
Почему замок не поддается? В фильмах обычно не больше двух минут возятся. А я уже полчаса ковыряюсь. Обидно…
Может, у меня шпилька деформированная?
Вытаскиваю и внимательно рассматриваю острие шпильки на предмет увечий. Но тут опять перед глазами Витек маячит, из-за чего сосредоточиться нереально.
— Вить, — напрягаюсь я. — А ты, как я погляжу, трудный парень…
— Марк тебе передал, что телефона в шкафчике нет, Синичкина.
Так что, можешь не мучиться и не напрягать извилинки. Мастер ждет тебя на льду. Воюй или сдавайся.
— Синицына! — отшвыриваю шпильку и воинственно шагаю на поле боя. Прямиком к «мастеру». — Всю контору спалил, Витек!
Глава 14
Я все помню
Марк
Краем глаза замечаю, как на поле, метая молнии из глаз, влетает Синичка. А я ждал, уже всех отпустил. Знал, что явится и время назвали нужное. Удобное для меня.
— Аррр… — рычит вредная.
И тут ступор.
Замедление. Главное не упасть.
Какая же она красивая…
Особенно, когда злится.
Криво, косо, пытается удержаться на коньках.
Смех да и только, но коротит меня дико от других переполняющих нутро эмоций.
— Вай, Синичкина, — присвистываю, грудь колесом виду не подаю, что опять повело. Подъезжаю к краю и скидываю шлем, бросая поверх остальной сваленной в углу экипировки. Волосы немного влажноватые, откидываю со лба пятерней. — Порхаешь, птичка.
— Удали видео! — орет, перебирая ногами.
— Или я тебя уничтожу!
Стопы то врозь, то вместе, то врозь, то вместе.
Натягиваю на лицо шизанутую улыбочку.
— Ууу, опасная дьяволица пробудилась! — пальцы скрещиваю и выставляю вперед. — Изыди!
Она в ответ ресничками хлоп, хлоп.
Дергается, падает… подплывает поближе ко мне, носом подпиливая лед.
Бегу спасать на высоких скоростях, но ближе к ней замедляюсь, чтобы не подумала, что я за ней волочусь.
Лежит попой кверху.
Любуюсь прекрасным зрелищем. Джинсы облепили соблазнительные изгибы.
Только звуки издает странные. Мычит что-то на своем, на птичьем.
— Давай помогу, Лиззи.
— Отфали-и-и… козжё-ёё-ёл…
— Окей, отвалил.
Давлю безразличное выражение лица, когда она покрасневшую носопетку приподнимает и утыкает в меня злобный-призлобный взгляд.
О, нет, таким и убить можно. Главное не расхохотаться в голос.
Руки вверх приподнимаю, ладони раскрываю, мол, не трогаю, не трогаю.
Да не трогаю я свою недотрогу. Изо всех сил держусь.
