— Со мной все будет в порядке, — пролепетала она около его рта. — В полном порядке.
Он прижался губами к трепещущей нежной шее в вороте блузки. Груди ее напряглись, его пальцы проворно расстегивали пуговицы, она дышала прерывисто, замирая, словно падая с горы и снова, взлетая. Блузка оказалась на полу, Деметриус расстегнул бюстгальтер и отбросил его в сторону, тот полетел, словно был соткан из тончайшей паутины, а не хлопка.
— Ты прекрасна. — Его рот нежно впился в розовый сосок.
— Ты…. ты так думаешь? — Мэдисон не хватило воздуха, когда он коснулся другого соска.
Мужчина поднял голову и улыбнулся.
— Я не думаю, я знаю. — Он придавил ее своей сладкой тяжестью, каждый мускул дрожал и напрягался, ее бедра инстинктивно сжались. Он ждал ее знака. — Я причиняю тебе боль?
— Думаю, я справлюсь.
— Скажи, если будет слишком…
— Слишком не будет никогда."
"Он проникал глубже и глубже, и она цеплялась за него, добровольно сдавая позиции долгожданному врагу.
— Давай, Мэдисон, — тихо позвал он. — Ты можешь сделать это, отпусти себя.
Спираль сжалась, каждая клеточка ее тела ожидала того последнего толчка, несущего новую сущность ее телу. Она летела вниз, в омут чувств и ощущений.
Больше ждать он не мог. С глухим стоном он вошел в ее тело.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Она лежала в горячих объятиях Деметриуса. Его тело, насытившееся и удовлетворенное, раскинулось в глубоком сне, длинные ноги — на ее ногах, широкая грудь прижалась к ее спине.
Теперь она не сомневалась в его желаниях, которые он испытывал к ней.
Правда, он не говорил о других чувствах, но у их брака иная основа. Он желал получить компенсацию за потерю яхты, и Мэдисон стала этой компенсацией вместо брата.
И, конечно, до настоящего счастья, как до Луны, печально размышляла она. Вина Кайла навсегда ляжет пропастью меж ними, даже если ей удастся обелить имя отца.
Каждая мысль о встрече с Джереми Майллсом вызывала у нее приступ дурноты, словно она вывалялась в грязи. Но иного выхода вывести этого мерзавца на чистую воду, кроме как сыграть в его мерзкую игру, она не видела.
В который уже раз Мэдисон обдумывала, а не сказать ли Деметриусу о вероломстве первого помощника? Но каждый раз сомневалась, поверит ли он ей. Джереми работает на Пакиса целую вечность, а у нее за спиной провинившийся отец, не говоря уже о поступке брата. Убедительно ли она будет выглядеть с подобной репутацией?
Мэдисон почувствовала, как Деметриус заворочался, теплое дыхание коснулось ее обнаженного плеча.
