Мой лучший враг

– Почему Глория оказалась с Альнаром? – резко скрещиваю руки на груди.

Высокородный псих подозрительно долго молчит.

– Мы с ней поссорились.

– И все? Ты что, не вовремя сходил налево, а теперь страдаешь, бедняжка?

Рейм кривится, но взгляд становится злее.

– Вернее сказать, наши семьи поссорились, а отец Тео этим удачно воспользовался.

Я пытаюсь вспомнить отца Альнара – точнее, что слышала об этом человеке. Он богат, но получил титул всего лет шесть назад и, как мне всегда казалось, не успел зазнаться. Я считала, что это и сделало его сына таким особенным.

Что думать теперь? Все эти аристократические козни мне однозначно не нравятся.

– И ты надеешься на что? – возвращаюсь я к Рейму. – Что эту ссору удастся замять, если соблазнишь Глорию снова?

– Конечно удастся. – Он неожиданно морщится. – Парники, Лудар, это ведь не просто торговый союз. Важно, чтобы люди друг другу подходили. Тео с Глорией – не подходят. Когда они это поймут, я получу свою невесту назад.

– Ты так романтично о ней говоришь.

Демонов аристократ широко улыбается, но его пальцы, длинные и тонкие, напряжены на краю стола. Не могу понять, о чем он думает. Синий взгляд буравит меня.

– Мы с ней ладили, и у нее впечатляющий воздушный дар. Мы должны были стать лучшей парой стихийников во всей стране. – Его губы сходятся в неожиданно плотную черту. – Хватит лезть в мое белье, бесенок. Я предлагаю тебе интересный выход, подумай о том, что получишь ты.

Я смотрю на него, и вот теперь, неожиданно для себя, начинаю верить.

Лучшей парой стихийников? Это, увы, похоже на мотивы Рейма. Расчетливый и самовлюбленный – таким бы я его охарактеризовала.

Я не могу связаться с этим человеком. Исключено.

– И что дальше? – продолжаю тем не менее, словно любопытный охотник, не способный бросить странный след в лесу. – Допустим, каким-то чудом все это сработает, Глория вернется к тебе, а Альнар… – Я даже не могу произнести это вслух. Что он выберет меня. Что у моих чувств еще есть шанс. – Мы все вылетим с факультета? Пропустим год?

– Ты совсем не изучала историю парников, да? – фыркает Рейм.

 – Да, каждый год многие из них не выдерживают, слабаки разбегаются. Возвращаются на привычные факультеты, поскольку программа там легче – кстати, поэтому ты мало чем рискуешь. Отсидеться год и попробовать еще раз – тоже вариант. Но за последние десять лет было аж два случая, когда пары менялись прямо по ходу дела. Вот такое нам и нужно.

– Менялись по ходу дела? – повторяю я недоверчиво.