И как тебе удается постоянно во что-то впутываться? Специально ночами не спишь, неприятности ищешь?
И сразу как-то резко расхотелось любить его, да и бросаться на шею тоже. Но поблагодарить все же стоило. Как бы я не относилась к высокородному, сегодня он нас спас.
– Спасибо за помощь, – произнесла, старательно игнорируя кривую усмешку «спасителя». – Нам повезло, что ты оказался поблизости.
На лице высокородного промелькнуло какое-то странное выражение. Он перевел взгляд на мои руки, уделив особенное внимание ладоням, помедлил и проронил небрежно:
– Проходил мимо.
Случайно.
Ну да. Красивый эльфийский обычай – в темноте по зарослям бродить. В гордом одиночестве.
И как-то само собой вырвалось:
– Тоже любишь искать… гм… приключения в самое неподходящее время? Надо же, у нас, оказывается, есть все-таки что-то общее.
– Это вряд ли, – скривился Торэт. Отступил на шаг, демонстрируя, что ничего общего с такой сомнительной особой иметь не желает, и повернулся к Сэму, который все еще прижимал к себе бледных, испуганных девчонок.
– Что произошло? Как вы здесь оказались?
– На полигон шли, – нахмурился приятель. – По требованию декана вашего, мэтра Элистара. Вернее, он Валерию позвал, а мы ее провожали. Магистр за Лерой адепта прислал, но тот по пути исчез. Потом появился туман и элементали. Если бы не вы с Ханом, плохо бы нам пришлось. Спасибо, ты нас очень выручил.
Сидевший на снегу стрекозел тут же встрепенулся и горделиво приосанился, а Полли с Сашкой дружно присоединились к Семену.
Высокородный коротко кивнул, принимая слова благодарности. Не скривился, не съязвил, даже позволил уголкам губ чуть заметно дрогнуть в намеке на улыбку. Надо же, выходит, он и нормально умеет общаться. С другими. Мне подобного счастья ожидать не приходится. На меня у эйра, похоже, хроническая аллергия.
– Все в порядке? Идти можете?
– Да, – пролепетала Полли.
– Сейчас, только отдышимся немного, – Сашка была более разговорчива.
– Хорошо. Тогда возвращаемся, – распорядился эльф. – Магистра я уже позвал, ему все подробно и расскажете. О нападении и ночном приглашении на полигон. Сомневаюсь, что Элистар хоть что-то об этом знает. Не мог он…
Берриан оборвал фразу, так и не пояснив, чего его родственник «не мог», и решительно закончил:
– Идемте.
Молча двинулась вперед. Шагнула, и тут же пошатнулась, охнув, – ногу пронзила резкая боль, как будто я наступила на битое стекло.
