Верил — приеду домой и получу свою дозу умиротворения, но вместо этого очередная непонятка между нами...
Дима наклоняется, осторожно забирает из моих дрожащих пальцев сигарету, обжигая их лёгким касанием, и выравнивается в полный рост.
Сердце пропускает удар. Я замираю, наблюдая, как его чувственные губы смыкаются на тонком фильтре. Слегка прищуриваясь, он глубоко затягивается и тут же выпускает тоненькой струйкой дым к потолку. Несколько долгих секунд Воронцов внимательно рассматривает меня, напрягая желваки на тёмных от щетины скулах.
Одной затяжкой уничтожает сигарету до края, выдыхает сизое облачко и ловким щелчком отправляет фильтр в стоящую неподалеку пустую банку от краски.
— Я устал, Ася, — он снисходительно усмехается, разбивая моё оцепенение вдребезги. Его голос звучит спокойно, отчего мне становится не по себе. — Черррт! С тобой как на мине. Шаг вправо, шаг влево — рванёт, мало не покажется. У меня нет больше сил выяснять и что-то тебе доказывать, но я хочу знать, какого хрена ты вытворяешь?
Достаёт из кармана брюк скомканный клочок бумаги, на котором я твёрдым почерком написала мотив своего ухода, и зачитывает:
— «Дима! Каждый раз пытаюсь убедить себя, что у нас с тобой все в порядке, но это не так.
Наши отношения погрязли во лжи. И если тебе сложно определиться, кого из нас двоих выбрать, чтобы делить постель, я тебе помогу...» — он прерывает чтение и переводит на меня недоуменный взгляд. — Что это значит, Ася? Что за бред? Ты предъявляешь мне очередную измену, собираешь вещи и уходишь с ребёнком, не предупреждая о своём единогласном решении? — опускает руки, комкая в очередной раз записку в кулаке.
— Я всё объяснила, — стараюсь не выдать дрожащего голоса из-за того, что он сейчас строит из себя святого.
Горло сдавливает комок боли и не отпускает. Я тянусь за новой сигаретой, продолжая наш нелёгкий разговор:
— По-моему, картина ясная. Ты с ней и с сыном, я с Сашей. Чего ты от меня хочешь, Дим? — прикуриваю, глубоко затягиваясь порцией дыма. Прислоняюсь спиной к стене, откидываю голову и заглядываю в его лживые глаза, заполняющиеся непроницаемой тьмой.
— Секса по чётным или нечётным числам? Или мы просто будем обходиться минетом по вечерам и поздним ужином, а её ты будешь трахать в офисе в течении дня? Секса со мной ты больше не хочешь! — под давлением эмоций повышаю свой голос. — Если ты не заметил — я всё время выпрашиваю твой чертов член!
Охваченный яростью, он отрывает пуговицу, пытаясь расстегнуть ворот рубашки.
