Макс несомненно красив, имеет прекрасную атлетическую фигуру, пахнет приятно, что немаловажно, но я не чувствую искры, которая разожгла бы между нами огонь. И это пугает. Мне сложно себя ломать. Не представляю жизнь без того, за которым в данный момент тянется каждая клеточка моего тела, ноет, пульсирует и горит отчаянием, скучает совсем по другим рукам.
— Что ты предпочитаешь? — Макс подходит к небольшому бару и рассматривает бутылки, выбирая для себя крепкий напиток. — Шампанское или что-нибудь покрепче?
— То же, что и ты, — поднимаюсь с дивана и иду к нему.
— Я буду виски, — достаёт бутылку «Блэк Лейбл» и два квадратных стакана от этой же марки. Ставит на барную стойку."
"— У тебя лёд есть? — интересуюсь.
— Посмотри в морозильной камере, — мужчина откручивает крышку, украдкой перехватывая мою улыбку.
Пока я хозяйничаю в его холодильнике и закидываю кубики льда в стаканы, он с интересом наблюдает за мной, расстёгивая верхнюю пуговицу на рубашке. Оголяет мускулистые предплечья, закатывая рукава.
Невольно сравниваю руки Макса и Димы. Они разные. У Фадеева пальцы толще и не такие изящные кисти, как у Воронцова. Они разбиты на изнурительных тренировках, но ничем не хуже большинства мужских привлекательных рук.
— Я должна тебя поблагодарить, — виновато улыбаюсь ему, принимая от него наполненный янтарной жидкостью стакан. Макс опрокидывает в себя горький алкоголь в одно движение. — Спасибо, что поддержал меня своим присутствием в больнице. Без тебя я бы не справилась.
.. — отпиваю глоток, резко выдыхая горячий воздух, сдавливающий горло.
— Всегда пожалуйста, Настя, — пристально смотрит мне в глаза, опуская со стуком стакан на стойку. — Задай свой главный вопрос, — его хриплый, приказной тон вынуждает повиноваться.
Я сглатываю, на секунду теряя ориентиры.
— Макс... — кусаю губу в отчаянии, стараясь не отводить от его прищуренных омутов своего испуганного взгляда. — Я тебе нравлюсь, как женщина?
* * *Зрительный контакт между нами затягивается, и я сдаюсь первой, прикрываю глаза, ощущая близость Макса острее.
Между нами сантиметров десять, не больше, но разделяющая нас энергетика слишком волнующая, до дрожи в теле, до беспорядочных мыслей в голове.
— Зачем ты спрашиваешь об очевидных вещах? — слышу его тёплый и проникновенный голос где-то совсем близко. Дыхание Фадеева касается моего виска, затрагивая корни волос, кружит голову вместе с алкоголем. — Причина твоего визита гораздо глубже, Настя.
