Твой покойный дед и даже её родной ребёнок попали в списки неугодных. Ею управляла месть. Случайно подслушав разговор деда об антиквариате, решила поделиться секретом с Зарубиным, чтобы заполучить его благосклонность, но и тут облажалась. Он предпочёл тебя ей.
— Откуда тебе всё известно? — растерявшись, кидаю на полковника вопросительный взгляд. — Слава никогда меня не любил. Это чушь. Он вообще любить не умел, ну, может быть, кроме себя самого и своих гребаных денег.
— Узнал со слов последнего любовника Светланы, её подельника, стрелявшего в ваш автомобиль на трассе.
На последнем допросе он всё подробно рассказал.
— Его арестовали?
— Он скончался этой ночью от сердечного приступа в СИЗО. — Матвей нахмурился и потёр ладонями лицо, прогоняя усталость, после чего продолжил:
— Последней каплей для Светланы стал твой день рождения. В отеле ты их застукала за изменой, после чего Вячеслав её отверг, выплеснув унизительное признание, что она и ногтя твоего не стоила, и это после всего, что девка для него сделала.
Сказал, что ты единственная годилась в матери для его будущего наследника. Света взбесилась. Придумала план мести. По счастливому стечению обстоятельств слямзила у него крупную сумму денег и разыграла свою смерть.
— Какого наследника? — освобождаюсь из объятий Дмитрия, округляя глаза. — Вячеслав не отличался вежливостью и тактом, не проявлял заботу к женщинам! Для меня он всегда был циником. А уж о том, чтобы родить ему ребёнка, и речи быть не могло.
— Если мужчина не говорит «люблю» и не дарит цветы — это не значит, что у него нет чувств к женщине.
Многие способны скрывать их под маской цинизма. Как же ты в него влюбилась тогда? А? За что, интересно?
— Это было в прошлой жизни! — отвечаю, не сдержав резкости в голосе. — Он был другим вначале... хорошо притворялся. Я не хочу обсуждать наши с ним отношения.
— Инфаркт у твоего деда был неслучайным. Его отравили по приказу Зарубина. Светлана подсыпала ему яд на его же день рождения. Клиническая картина в таких случаях соответствует смерти от инфаркта, инсульта или сердечной недостаточности.
Теперь ты знаешь правду.
* * *— А записка деда? — пытаюсь вспомнить обрывки фраз, и слёзы наворачиваются на глаза. Последняя ниточка, что нас связывала в этой жизни. Его ровный почерк до сих пор стоит перед глазами. Прикрываю веки и мысленно обвожу каждую буковку дрожащими пальцами. Деда... Дедуличка мой, родной... Мой хороший...
«Ася, внученька моя! Если ты читаешь эту записку, значит меня давно нет в живых.
