Илья же наоборот, взрывается громкой радостью:
— Мотя! Смотли, какой медмедь! Давай с тобой полисуем? — сын срывается с места, несётся к нему и тычет в руки планшет.
— Проходи, Матвей. У тебя будет время присмотреть за ним? Нам с Алей важно поговорить наедине.
— Илюха, мороженое хочешь? — родственник достаёт из нагрудного кармана купюру и демонстративно машет ею в воздухе.
— Хочу! Хочу! А медмедь? Ты мне налисуешь его, Моть?
— А как же! Только сначала поедим мороженое, — искоса оценивая настроение Алины, подхватывает сына на руки и добавляет:
— Затем и медведя нарисую, и русалку, и.
.. Лох-несское чудовище, млять...
Глава 14. Любовь — яд.
Ася.
Идея увидеться с Дмитрием во время рабочего дня пришла в голову неожиданно, после того, как я уплела пару булочек с хрустящей корочкой и выпила чашку ароматного кофе. В другой день я бы не стала его тревожить своим внезапным визитом, но предстоящая недолгая разлука вымотала всю душу и вынудила на решительный шаг. Адски захотелось в предобеденное время побыть с ним наедине.
Посидеть тихонечко рядом, полюбоваться мужчиной за делом. В случае форс-мажорных обстоятельств запланирован визит к Кате.
— Тебе нравится одежда?
Поправляю на сыне воротник поло, расплываясь в доброжелательной улыбке.
— Очень... Спасибо, мамуль!
Александр обхватывает меня руками, крепко прижимаясь к моим бёдрам. Я даже чувствую дрожь в его теле.
— Скоро Рая за тобой приедет. Будь молодцом. Слушайся её. Я с папой увижусь и сразу к вам. Она приготовила твои любимые вареники с черешней.
— Мы останемся у неё на ночь?
— Не знаю, Сашунь, всё может быть...
— А папа надолго улетает?
— Всего-то на пару дней. Они очень быстро пролетят. Вот увидишь.
Сын награждает коротким поцелуем мою ногу и срывается с места к коробкам с новой обувью, которые со вчерашнего дня выстроены вдоль стены в коридоре.
— Обувайся, родной, я только сумочку захвачу! — бросаю ему вдогонку и возвращаюсь в нашу с Димой спальню.
С тех пор, как Сашка оккупировал хозяйскую, нам пришлось поселиться в гостевой.
С недавних пор эта комната является для меня особенной. Эти стены стали невольными свидетелями наших новых интимных отношений, подкреплённых ещё более острыми чувствами.
Останавливаюсь у зеркала, рассматривая себя на фоне широкой двухспальной кровати. Она до сих пор хранит запах наших тел, будоражит мои воспоминания. Щеки невольно вспыхивают жаром. Касаюсь их пальцами, поглаживая и успокаивая побагровевшую кожу.
