Я ж доверял ему. Это семья! Я никогда не посмотрел бы в сторону Лоты с пошлыми мыслями! Жена брата — сестра мне. А моя для него кто? На Полину вчера и Реутов смотрел: да с мужским интересом, это бесит, но это нормально, если мужик не пидарас! Взгляд Давида захлестывал давней похотью. В глазах вожделение и жажда. Он хотел Полину. Хотел трахнуть мою жену! Сейчас, оглядываясь, так ясно все: как спрашивал про нее, всегда восхищался, стремился поближе сесть, коснуться невзначай. А его шлюхи! Все до единой блондинки со светлыми глазами! Суррогат имел, пока оригинал был в моих руках, постели, сердце.
Теперь я терял Полину, а он стремился получить. Хрен ему на все лицо! Я умею быть жестоким. Я давно хочу на ком-нибудь отработать свою разрушительную ярость.
— Приехали, — схватил Камиллу под руку и грубо повел в дом.
— Маратик, прости, я же ничего такого, правда… Я случайно…
Я молчал. Поговорим мы исключительно за закрытыми дверями. Камилла трясущимися руками открыла квартиру, а я смачно захлопнул клетку. Здесь ей никто не поможет.
— Марат… — выдохнула перед первой пощечиной. Да, я сволочь и мудак, который отвечает за свои слова. Идти к моей жене было большой ошибкой. Камилла это знала.
— Пожалуйста, не бей больше! — закрывалась она. Да я еще даже не начинал! Пара лещей, чтобы в себя пришла."
"— Если бы ты не была беременной, я бы отпиздохал тебя так, что мать родная не узнала бы, — схватил у корней волос и ванную потащил. Какая же дрянь. Пьяная сука. Открыл кран, и головой в раковину ткнул. Камилла визжала и плакала под холодной водой.
С какой бы радостью я бы вынул из нее своего сына и забыл бы об этой женщине как о страшном сне. — Вытирайся! — рявкнул, бросив в лицо полотенце. Пусть переоденется. Нам есть, о чем поболтать. Камилла очень хорошо жила, вольно и свободно. Все, баста. Закончилось раздолье.
— Марат… — вышла в махровом халате, дрожащая и испуганная. — Прости, я заскучала дома. Я не хотела пить, — быстро говорила. — Всего пол бокальчика. Девчонки сказали, что ничего не будет.
— Сядь и заткнись, — велел, прокручивая в руках айкос. Курить хотелось, чтобы хоть чуть сбросить удавку злости и занять руки. Дрянь она, конечно, но нельзя срываться в полную неадекватность. Убью еще в запале. Потом отвечай за нее. Да, на Камиллу похрен, но там внутри мой сын. — Когда ты встречалась с моей женой?
— Я не… — принялась хлопать глазами и отрицать. Я снова шлепнул по губам.
— Даже не думай врать мне. Четко и правду.
— Марат… — испуганно хныкала.
