Сашка тихо угорает, притягивая меня к себе ближе. Целует в макушку. Прикрываю глаза и поудобней устраиваюсь на его плече. Хочется спросить у Тима про наличие кровати, но не решаюсь. В салоне опять повисает густая тишина, разбавленная тихой электронной музыкой. Каждый будто тонет, погружаясь в свои мысли. Сашка рассеянно гладит мое предплечье, отвернувшись к окну. Не вижу его лица, только ритм сердца чувствую, и как при дыхании поднимается и опускается грудная клетка. Присутствие Тимура мешает.
Хочется спросить, о чем Саша задумался и еще…много чего хочется. Между ног тянет и горячо…
– Как ты умудрился фамилии не сопоставить, а, Сань? – вдруг с досадой интересуется Тим у Сашки, когда уже подъезжаем к городу, – Я все думаю…Нет, ну с точки зрения отца реально все стремно. Я понимаю, почему он взъелся так.
– Да и я понимаю. Жесть, – вздыхает Лютик, нервно потирая лоб, – Просто фамилия не такая уж и редкая, у меня у одногрупника такая же была. А Лиза…Мне и в голову не пришло, что девчонка, снявшая мою совершенно пустую обычную квартиру, может быть его дочкой.
В моем представлении родственницу Керефова я мог бы встретить только где-нибудь в «Москва –сити», а не у себя на кухне.
– А, ну это да, – хмыкает Тим, – Логично.
– Ничего не логично, – возмущаюсь я, – Хорошая у тебя квартира, Саш. До универа пешком, до набережной пешком, зеленый двор тихий, в центре, парк через дорогу, отличные рестораны…
– Тоже пешком, – помогает мне Тимур, начиная смеяться.
– Да, тоже пешком! – поддакиваю я, – И никаких тебе толп туристов, кучи машин и третьих жен олигархов, как в Сити этом вашем. Что там делать вообще?
– Понял, Сань, Лизке лишь бы пешком. Чтобы если что, под винишком наверно везде ходить можно было, да, сестрён?
Парни ржут.
– Ну тебя! – рычу, толкая Тима кулаком в плечо.
– Эй, не бить водителя!
– Ну тогда я не переживаю, Кис, тебе у меня точно понравится. Все рядом – все пешком, – угорает Сашка, – И даже если не рядом, то дорога в гору такая, что все равно пешком.
Тим на это так ржет, что у него слезы выступают. Теперь уже Лютику от души заряжаю в живот. Сворачивается пополам, но хохотать не перестает.
– Тогда на руках носить будешь, понял, – мстительно шиплю, – Где в гору пешком.
– Кис, это даже не обсуждается.
– Проходите.
Тимур проворачивает ключ и пропускает нас в черный открывшийся проем. Первой переступаю порог.
