– Касс, они правда тебя и пальцем не тронули? – снова спросил Шархат, не сводя с меня глаз.
– Лишь напугали до одури, – призналась я, отворачиваясь к окну.
– Больше не тронут. Обещаю, – сказал Шархат, и я спиной почувствовала его уверенный взгляд."
"Прикусила губу, позволила прядям упасть на лицо, чтобы мужчина не увидел, как по щекам покатились слезы.
Мне было стыдно за свой страх, больно, холодно и страшно. И только присутствие Шархата позволяло чувствовать себя живой и не сорваться в банальную женскую истерику.
Я сколько всего пережила, вроде бы давно разучилась плакать, понимая, что никто и никогда не простит этой слабости, жизнь в приюте очень быстро этому научила. И уж точно не стоит плакать при мужчине, за которого готова отдать жизнь. Его мое прошлое точно никак не касается. Но… стоило столкнуться с прошлым, и я снова почувствовала себя маленькой девчонкой. Потерянной, одинокой и беззащитной.
Огненный шарик мягко ткнулся мне в руки, и я выдохнула.
Шархат рядом. Все будет хорошо.
Все уже хорошо. Надо просто в это поверить. Хотя бы попытаться.
Флаер мягко опустился, мужчина помог выбраться. За считанные минуты оформил номер в гостинице, и мы поднялись на нужный этаж.
– Если желаешь, можешь принять душ, а я пока закажу в номер еду.
– Спасибо.
Меня хватило только на это слово, и я в очередной раз прикусила губу, чтобы не расплакаться.
Да что же это такое! Почему у меня такая реакция! И до сих пор колотит после пережитого.
Я нырнула в ванную комнату, подошла к зеркалу.
Бледная, растрепанная, дрожащая… Закрыла лицо руками, чувствуя, как по щекам бегут слезы. Тут же включила воду, скинула одежду и залезла под обжигающие струи. Смыть с себя всю грязь после встречи с гиаштами, согреться от холода, перестать, наконец, трястись от страха.
Только слезы все катились и катились, я всхлипывала, а вскоре и вовсе прижалась лбом к стене, закрывая руками лицо, и расплакалась. Здесь можно. Здесь никто не увидит. И красные глаза после легко спишу на недосып.
Я плакала от страха, стыда за свою беспомощность, ненормального чувства одиночества и полного бессилия. Больше всего это походило на срыв, но остановиться не получалось. Видимо, действительно, накопилось.
А потом я вдруг почувствовала, как знакомые мужские руки разворачивают меня и крепко обнимают.
Только не это! Только не Шархат! Только…
Но это был он. Мой сильный мужчина, который крепко обнял и этим закрывал от всех бед на свете.
