И я сделала то, чего не позволяла себе с самого детства – уткнулась в это надежное плечо и окончательно расплакалась, забывая о том, что думала раньше. Сдаваясь. И принимая все, как есть. Его защиту. И словно каменное горячее плечо. И обжигающие пальцы на спине. И свою полную уязвимость. Сейчас. С ним.
Шархат ничего не говорил, лишь прижимал к себе, делясь теплом и согревая, а когда я затихла, ласково и ощутимо погладил по спине, от чего во всем теле вспыхнули огненные искры.
Я подняла на него глаза, встречаясь с жгучим взглядом.
– Все хорошо, Касс. Больше тебе нечего бояться, – сказал он и протянул руку, явно намереваясь коснуться моей щеки.
Но так и не решился. И тогда я сделала шаг навстречу и нашла его губы. О том, что творю, подумаю после. Сейчас хотелось огня, которым был полон Шархат, жара мужского тела, сильного и ставшего за тот единственный раз родным, и забыть от желанного поцелуя даже свое имя.
Шархат от моего прикосновения будто окаменел. Видимо, совсем не ожидал подобного. Я собралась уже отстраниться, понимая, что сделала что-то не то, как он притиснул меня к стене, упираясь в нее руками.
С его ладоней рвалось пламя, но это мало волновало и его, и меня. Вдох на двоих – и он, глядя прямо в мои глаза, поцеловал сам. Горячо, по-ненормальному нежно, так сладко, что у меня начали подгибаться колени, а внизу живота требовательно заныло.
Мир рассыпался на звезды, прикосновение мужских губ горело на моих, и я плавилась вся. Так, что не хватило дыхания, и когда Шархат отпустил, пришлось хватать ртом воздух и держаться за его плечи.
Шархат взъерошил мои волосы и тихо сказал:
– Выбирайся и будем завтракать, а после тебе необходимо отдохнуть. Судя по твоему виду, Касс, ты давно не спала. Еле держишься на ногах от усталости.
Я вспыхнула вся, вдруг особо остро ощутив, что мы находимся вдвоем в душе, полностью обнаженные и, кажется, Шархата это ничуть не смущает.
– Хорошо, – согласилась я, чувствуя, как к щекам вновь приливает жар.
Этот мужчина как-то быстро и незаметно заставил выкинуть из головы все плохие мысли.
И действительно смог… согреть.
Он вышел из душа, и я опять прислонилась к стене. Все тело после прикосновений мужчины пронизывал жар. Возникла даже безумная мысль включить холодную воду, но я ее отмела. Промыла шампунем волосы, потерла губкой тело, смывая последние воспоминания о пребывании в тюрьме, и почувствовала себя в разы лучше.
Мои вещи остались в отделении полиции, и я вспомнила о них только сейчас, когда вышла из душа.
