Мой опасный

Хард хватает меня везде, будто ему мало меня. Вторгается резко, на грани грубости.

Прикусывает мою шею. Хватает за лицо, поворачивая к себе, жалит губы поцелуем.

Боль уходит, оставляя голодное нарастающее, распирающее чувство.

Еще! Еще! Хочу еще!

Кажется я даже шепчу это в полубреду.

И Хард слышит, и он продолжает мощно брать, заставляя шататься от его безжалостных толчков.

Стону в голос.

Это... это, называют счастьем?

Меня охватывает дикая, странная радость. Я улыбаюсь в его губы, и... поддаюсь его давлению окончательно.

Охотно выгибать поясницу, когда хочется ему. Наклонять шею под властными губами. Открываться жгучим поцелуям.

Воск в его руках. Всё, как он хочет. Кажется, ловлю малейшее его желание. Угадываю следующее движение. Подставляюсь рукам, губам, и... большому каменному члену, яростно и глубоко проникающему в меня.

— Хочу узнать, как ты кончаешь, Ди, — вдруг шепчет Хард, и накрывает пальцами мои половые губы.

Не совсем понимаю, что он хочет, но от сильных умелых пальцев на клиторе, мощных глубоких толчков с моим телом что-то случается.

Я вдруг замираю и содрогаюсь с глухим стоном, трясясь всем телом.

Из моего горла вырывается громкий протяжный стон. Хард накрывает мои губы своей широкой ладонью, заглушая его.

Я выгибаюсь, трясусь, держусь за его рельефные каменные предплечья, буквально вою под его рукой. Ноги подгибаются, и Хард держит меня, прижимаясь горячими губами к моему виску.

— Хорошая девочка, Ди, — шепчет он. — Красивая. Как же ты пахнешь, Ди…

Не дожидаясь, когда утихну, Хард начинает двигаться снова. На этот раз медленнее. Размашистей. Погружая и выводя из меня член почти на всю длину, и снова засаживая глубоко, уверенными сильными толчками.

Я не могу остановиться. Его рука на моих губах глушит мои стоны. Всё сливается в единую блаженную вечность. Дрожу в его руках. Плавлюсь от его силы, резкости на грани грубости.

Вдруг Хард ускоряется, с оттяжкой, глубоко вбивается в меня.

"С рычанием он стискивает мои бедра, содрогается за моей спиной, и внутри меня становится горячо, очень горячо... и я тут же срываюсь следом за ним, вою в его ладонь на моих губах, трясусь всем телом.

Хард, как же я благодарна тебе, что ты сорвался... Не знаю, как, почему невозможное стало возможным, но я рада, как же я рада!

Хорошо, как же мне сейчас неописуемо хорошо...