- И почему дверь запер?
- А ты ко мне хотела?
- Отвечай.
- Аня, да ты ревнивая, - он улыбается, за талию подтягивает меня по кровати ниже. - Чего бояться? - спрашивает, расстегивая пуговку на платье. - Ушла бы ты. Я бы пошел за тобой. Эта проблема решается легко. А почему закрылся, - она расстегивает вторую пуговку, - не знаю. Привык.
Он поднимает взгляд.
Лежу, и руки и ноги тяжелые, меня с места не сдвинуть, все тело расслабленно, и в приятных мурашках. Он смотрит в глаза и расстегивает третью пуговицу, пальцами касается голой кожи, и я трепещу, как листочки, которые теплый ветер ласкает.
Он привык запираться.
- Почему в брюках вышел? - продолжаю расспросы, вот так по чуть-чуть надеюсь собрать картинку.
- А как надо было? - Кирилл оставляет мое платье. Ладонями упирается в кровать. - Что с едой делаем?
- Пока не хочу, - краснею. Это на намек похоже, ведь если мы есть не будем - один вариант остается, чем мы сейчас займемся.
И от мысли об этом варианте между ног сразу же сладко потягивает. Мне нехватило, я не распробовала, а перед глазами его бугристые плечи и спадающие на лоб влажные волосы, хочется, чтобы он навалился сверху, прямо сейчас.
- А я думаю надо поесть, - он выпрямляется.
Его слова перевариваю, и кажется, что хуже меня еще не оскорбляли, я ведь почти прямо предложила, но он...
- Кирилл, - вся истома из тела пропадает, как не было. Привстаю на постели. - Я не хочу есть.
- Хочешь, - он берет телефон и меню, щелкает ночником.
- А, ну конечно, ты лучше меня знаешь.
- Я не знаю, Аня.
Я делаю выводы, - он садится на кровать ко мне в ноги. Открывает папку и кладет ко мне на колени. - В прошлый раз ты все забыла. Сегодня ты тоже была в клубе. Надо поесть.
- Я ничего в том клубе сделать не успела, ты пришел, - отбрасываю папку. - И вообще-то. В машине, - намекаю.
Ведь все уже было.
И я помню.
Рассматриваю кубики пресса на его животе, и хочется ногтем царапнуть слегка, и поглядеть, побегут ли по коже мурашки.
- В машине я не удержался, - Кирилл наклоняется ближе.
Широкой ладонью ведет по щеке на шею, тянет меня навстречу ему. - Ты торопишься куда-то, маленькая?
Он улыбается.
Так возмутительно неотразимо, так алчно, что я сразу поплывшей дурой себя чувствую. Он сам все возьмет, когда хочет и как, ему не надо напоминать, в его глазах огонь горит, я словно раздета догола и распята перед ним, так жадно он смотрит.
Дергаюсь из его рук и хватаю меню.
- Я буду мясо, - заказываю и не вижу расплывающихся перед глазами строчек.
