Чувствую, как робко девочка обнимает меня в ответ, прижимается в моей груди. Ее волосы шелковистые на ветру развиваются, а я прижимаю ее к себе и оторваться не могу. Моя, моя, моя!
Отстраняюсь на миг и в губы ее сладкие впиваюсь. Голодно, жадно, дико, тяжело дыша, хрипло. Ася отвечает нежно, губами своими ко мне прикасается, запускает холодные пальцы мне в волосы, дрожит вся и плачет.
— Прости меня, Тимур! Прости, прости, прости!
Шепчет, целуя в шею, в губы нежно, целует мои перебинтованные руки, а я оторваться от нее не могу, дурею.
Поверить не могу, что снова вижу ее. Живой.
Ее глазки медовые блестят от слез, и я в волосы ее зарываюсь руками. К себе прижимаю, игнорируя боль. Хочу ощутить ее снова. Трусит всего, кажется, я сдыхаю. Этот мираж, он не проходит, пока Ася лицо мое ладонями не обхватывает, заставляя на себя смотреть.
— Тимур, я живая, прошу, посмотри на меня! Я знаю, что сделала тебе очень больно. Я так виновата, я думала, так лучше будет. Этот взрыв. Все это ненастоящее, слышишь? Ее нежные прикосновения согревают и я руки перебинтованные поверх ее кладу, смотря на нее.
— Прости меня, Бес, пожалуйста, прости меня!
Она просит прощения у меня, тогда как не виновата ни в чем. В отличие от меня.
— Ася…
Едва говорю. На горло словно наступили. Болит. Внутри все просто догорает.
— Виктор просто помог. Не ругай его сильно! Я думала, что справлюсь, увезу детей. Что забуду все и не смогла, любимый. Можешь злиться, можешь наказать, убить за то, что обманула, что оставила, забрала детей, мне все равно уже.
Все равно!
Она плачет, лбом к моему лбу прижимаясь, а я руки отпустить не могу, отпустить ее не имею права.
— Ты не виновата. Ни в чем. Все правильно сделала. Ты хотела детей уберечь. От меня.
— Ты не обидишь наших детей.
— Никогда в жизни.
Мои руки дрожат, я тронуть ее боюсь, но и не касаться тоже не способен. Только сейчас понимаю, как я скучал по ней. Безумно.
— Почему ты вернулась?
Смотрю на нее и не понимаю. Мотылек могла больше никогда не возвращаться, а я так бы и не понял ни черта, но вернулась.
Из ее медовых глаз слезы стекают и девочка улыбается, смотря прямо на меня.
— Потому что я не могу без тебя, Тимур. Не могу.
Прижимается ко мне, а я с места сдвинутся не могу. Все плывет перед глазами.
— Прости меня. Прости девочка за то, что я творил с тобой. Брось меня. Не бойся. Живи, Ась, просто живи!
— Нет, не могу я жить без тебя, не могу…не могу так больше, любимый.
Шепчет тихо, прижимаясь ко мне щекой.
