"
"Шепчу ему, роняя слезы, и тогда Бес рывком меня к себе прижимает. В волосы руками зарывается, и я прямо чувствую, как он почему-то дрожит. Демон. Жестокий страшный палач. Он тоже меня убьет, я знаю.
— Девочка моя…Черт, Ася. Приди в себя, ну же! Ася, очнись!
Его голос сбивается. Никогда еще таким Беса не видела. Палач крепко меня к себе прижимает, я чувствую жар его тела, его запах, и не могу! Простить такое не могу, я лучше сдохну.
С силой вырываюсь, и толкаю Беса в грудь чувствуя, что еще немного, и я просто лишусь жизни.
Мое сердце не выдержит. Так долго…без Амели.
— Это ты очнись! Хватит мучать меня, Тимур! Я к дочери хочу! Убей меня тоже, как и ее, убей!
Ору на него, заливаясь слезами, и вижу только, как Бес проводит рукой по лицу, тяжело выдыхая.
— Если ты не успокоишься сейчас, я вызову врача, раз ты вообще не в адеквате.
Бес чеканит строго, и я прикладываю ладонь ко рту, пытаясь заглушить рыдания.
Я не понимаю его…он что, не верит мне? Бес реагирует так, будто впервые про дочь слышит, и мне не верит.
Совсем.
***
— Ну, как там Ася? Отходит потихоньку?
Виктор дает закурить. Я выхожу из комнаты Аси полудохлым. Не могу смотреть уже на нее такую. Злую, расстроенную, абсолютно зависимую от наркоты и неадекватную.
— Нет. Ни хуя. Уже третьи сутки, и ничего! Ее не отпускает, хуже только становится. Мало того, что кидается на меня, так еще и бред начала нести.
Закуриваю, затягиваясь сигаретой, тогда как Виктор лишь головой качает. Усмехаюсь. Как я мечтал, что наказывать Аську буду за побег, ага блядь, наказал уже.
Она себя сама наказала и так жестко, что отойти теперь от этого не может.
— Что врачи говорят?
— Время нужно, чтобы эта хрень из нее вывелась. Еще хоть двое суток, чтоб отошла, плюс я колю ей препараты, но она даже не реагирует на меня в бреду. Ася часто не понимает, что это я рядом, а не кто-то другой. Демон. Ее демон. Когда не узнает меня, ревет, обнимает, а когда в себя приходит, бросается, истерит.
— Ты сам то как?
— Я нихера не понимаю, почему она ненавидит меня.
Намного сильнее, чем тогда после казни. Чем после всего, блядь. Асе еще хуже будет, так что не вздумай выпускать. Ни на какие уговоры не ведись. Она та еще актриса, погорелого театра, блядь.
— Тимур, мне жаль, но она выкарабкается. Тут это…новости есть.
Перевожу взгляд на Виктора.
— Говори.
— Нашли мы торгаша нашего. Обычный барыга, только в более высоких кругах светится. Толкает дурь, как правило, подросткам. Я даже не знаю, кто навел его на Асю.
