Наконец двери разъехались. Первым вышел мужчина, она следом. Дрожащими руками открыла замок. Пробормотала что-то на прощание и трусливо шмыгнула за дверь.
Это правильно! Правильно… Правильно! — убеждала себя, привалившись спиной к стене. Да только звенящему от желания телу плевать было на доводы разума. Она с трудом удерживалась от того, чтобы не броситься за ним следом, но потом все же, как под гипнозом, толкнула дверь. Матвей никуда не ушел. Он стоял, сложа руки на груди, как будто нисколько не сомневался, что она сдастся.
Может быть, если бы в этот момент в его глазах мелькнула хотя бы тень триумфа, она бы одумалась. Но в них был только голод.
— Если я сейчас войду — дороги назад не будет.
Оксана кивнула. И приглашающе распахнула дверь.
Глава 10
Её никто и никогда так не целовал. Она терялась в этом ощущении, она впитывала в себя его жадность. Никогда… никогда Оксана не чувствовала себя такой нужной, такой желанной, такой сексуальной и раскрепощенной. Как будто только она могла казнить и миловать, как будто только от ее воли зависело удовольствие этого шикарного во всех смыслах мужчины.
Матвей сломил ее волю, воспользовался женской слабостью, но, в то же время, наделил какой-то страшной, невиданной раньше силой. Ощущение власти пьянило. Неслось по венам, вписывало совершенно новую информацию в ее генетический код. Перестраивало всю ее сущность.
Оксана больше не была на вторых ролях. Впервые став единственной. Важной и желанной настолько, что его сильные руки дрожали, когда он задирал её трикотажную кофточку.
Его твердые нетерпеливые пальцы дрожали…
— Красавица… Красавица моя, — бессвязно шептал, набрасываясь ртом на возбужденные пики сосков, натянувших кружево лифчика. Поочередно втягивая их ртом. Бесцеремонно и бесстыдно покусывая. И она стонала. Вжавшись в дверь, запрокинув голову… Ослабевшие ноги отказывались держать и мелко-мелко подрагивали. Почувствовав, что она вот-вот упадет, Матвей подхватил Оксану под попку и взгромоздил на стоящий в прихожей комод.
Протяжный стон страсти заглушил звук упавшей и разбившейся вдребезги вазы. Резкий звук испугал Яшку, и тот пулей рванул из прихожей. Но они маневров кота не заметили. Вернувшись к ее губам, Матвей нащупал пуговицу на джинсах, дернул вниз молнию и стащил их вместе с бельем. Оксана неуклюже приподнялась, помогая избавиться от одежды. Мат нетерпеливо рыкнул. И этот звук отозвался в ее животе сладким, мучительным спазмом. Оксана захныкала.
