Фактически, до ее появления — этот парень был единственным, кто вызывал серьезные опасения у их психолога и педагогов. Сын именитого борца, он был слишком агрессивен. Чересчур… По этому поводу они имели с матерью парня неоднократные беседы. Которые, впрочем, оказались совершенно безрезультатными. Эта тихая женщина не имела на сына абсолютно никакого влияния. А отцу Миши было не до посещения школы.
— Что здесь происходит?
Проигнорировав ее вопрос, парень сплюнул кровь прямо на натертый до блеска кафель кабинета медика.
Оксана нахмурилась от такой наглости и перевела взгляд на школьного психолога, которого пригласили сразу же, как и всегда в таких случаях.
— Молчит, как рыба об лед.
— Миш, — начала по-доброму Оксана, — ну, вот что ты мне прикажешь с тобой делать?
— Можешь мне отсосать, — скаля залитые кровью зубы, заржал мальчишка. Глаза Оксаны шокировано распахнулись. За всю свою педагогическую карьеру она еще не сталкивалась с таким отношением. Холодок прошел по спине.
— Что ты себе позволяешь, щенок? — вмешался в разговор стоящий чуть позади Иван Петрович.
— Не нужно, — Оксана оглянулась к взбешенному охраннику и в предупреждающем жесте коснулась руки.
— Да он не в себе!
— Вот и зафиксируйте этот факт. Зоя Константиновна, что сказали родители? Когда нам их ждать?
— Отец обещал подъехать с минуты на минуту.
— Отец? — синхронно переспросили Оксана и сам Курянский.
— Матери я не дозвонилась, — подтвердила секретарша.
— Хорошо.
Возможно, так даже лучше.
Оксана отвела взгляд от Зои Константиновны и натолкнулась на взгляд хулигана. Его зрачки были ненормально расширены, но не это испугало Оксану больше всего. Ненависть… В его глазах плескалась лютая, черная ненависть. Оксана отшатнулась. Коснулась дрожащей рукой беззащитного горла, в которое, казалось, он только и ждал, чтоб вцепиться.
— Я буду у себя, — бросила, с трудом сохраняя достоинство, — когда господин Курянский появится — проводите его в мой кабинет.
Глава 20
— Не вздумай! — рыкнул Медведь, когда Мат уже хотел было вывалиться из машины. Матвей обернулся, метнув в друга злой, непонимающий взгляд. — Остынь! — добавил Василий, шаря глазами по его лицу в попытке найти остатки хваленого контроля Веселого.
Матвей выругался. Снова впялил взгляд в окно. Там, чуть в стороне, в небольшом парке, разбитом вокруг гимназии, его женщина о чем-то тихо переговаривалась со своим бывшим мужем.
