Ты хочешь меня, я почувствовала, когда ты прижался. А я…не уверена, что смогу сегодня…отдаться тебе. Потому что там…немного саднит и тянет, а ты очень большой, и я боюсь, что не смогу…
Не даю договорить малышке и сгребаю ее в охапку, крепко обнимая и целуя в висок. Эрика какое-то время продолжает сидеть неподвижно, а потом все же несмело прижимается в ответ.
– Такая трусишка ты у меня. Глупенькая. Я же сказал, что в ближайшие четыре – пять дней не трону тебя. Там все должно зажить. И я точно не буду рисковать твоим здоровьем ради своих желаний.
Я потерплю, малышка. А то, что у меня стояк…Так это обычная моя реакция на тебя. Он всегда в такой готовности, когда ты рядом. Это ты во всем виновата. Ты, Эрика, околдовала его.
Ларина задирает голову, неверяще глядя на меня и несмело хихикает.
– Ты серьезно?!
– Абсолютно.
Моя девочка утыкается лбом в грудь и хохочет. Ее смех вибрацией проходит по моему телу, наполняя его…счастьем.
– Давай завтракать?
– С удовольствием. Безумно хочу. Кстати, именно божественные запахи твоей еды меня и разбудили.
– Да? – Эрика отстраняется, оставляя после себя пустоту, и подлетает к плите. – Тогда садись, сейчас я буду тебя кормить!
Малышка начинает суетиться, а я, опустившись, на стул, с удовольствием наблюдаю за ее работой. Но спустя несколько минут мое лицо вытягивается от охреневания.
– Ты вообще не спала, что ли? – протягиваю, глядя, как на стол выставляется омлет с беконом, пышные сырники, салат с овощами, свежевыжатый сок, тосты со слабосоленой красной рыбой, блинчики, а к ним мед и джем, кофе для меня и чай для нее.
– Ну, что за глупости, – слегка улыбается, вновь покрываясь румянцем. – Это же простейшая еда, делается очень и очень быстро.
Ну да, простейшая. Да это полноценный роскошный завтрак как в элитном ресторане! С такой же эстетичной подачей!
– Иди-ка сюда, – ловлю малышку за руку и хлопаю по колену, показывая, куда ей нужно сесть.
– Влад…
– Я буду завтракать только так и никак иначе, – отрезаю наигранно грозно, шантажируя Эрику.
Она, конечно же, в сотый раз за сегодняшнее утро краснеет, но все же опускается мне на колени. Ерзает своей упругой попкой, заставляя шипеть от дискомфорта.
– Извини, – невесомо целует меня в щеку, и вот это ее смущение и невинность во всех жестах возбуждают сильнее, чем то, что малышка буквально полуголая сидит на мне. Надеюсь, даже после того, как Эрика познает свою женственность, она не разучится так мило краснеть.
– Все в порядке.
