Мой сводный

- Почему ты постоянно избегаешь откровенного разговора? Неужели проще выйти замуж за нелюбимого и ненужного мужика, чем сесть и все обсудить? Любую проблему можно решить, если поговорить открыто, - обращаюсь к Асе, также облачаясь в одежду.

Похоже у нас с ней уже новая традиция - заканчивать секс выяснением отношений.

- Потому что я знаю тебя, Макс! Знаю. Ты не простишь меня. Знаю, как относишься к правде и что значит для тебя верность. Я не хочу копаться в прошлом и всей грязи, в которой была утоплена по вине твоих друзей, - в сердцах выкрикивает девушка.

- Господи! Да о чем ты опять. Я реально тебя не понимаю.

- Что ты хочешь от меня услышать? Что? Что я была верна? Что у нас были потрясающие отношения? Нет, Макс! НЕТ! Я изменила тебе, и не раз. Предала. А ты... ты и вовсе собрался жениться на другой. Так о чем мы сейчас? О наших идеальных отношениях в прошлом? Их не было, все оказалось мыльным пузырем.

В висках начинают стучать молоточки, сердце бешено бьется… я больше не слышу и, кажется, не вижу ничего вокруг.

Ася мне изменяла?

Девушка, которую я любил и люблю больше жизни, оказалась предательницей?

Поверить в это просто невозможно...

Ощущение, что буквально за пару секунд мой мир рухнул и разбился вдребезги.

Глава 16. Ася

Лицо Макса искажается, из довольного и удовлетворенного после нашего секса, оно становится хмурым, в глазах отражается боль.

Понимаю, что услышать правду об измене в наших отношениях для него удар, но врать я больше не могу.

Вернее, скрывать истину.

Не думаю, что Максим станет разбираться в причинах и оправдывать мои поступки, а потому и не желаю делиться подробностями того, как его дружок меня использовал.

Одна мысль о том, что мне придется рассказывать эти гнусности вводит в ступор. Нет. Ни за что. Мне понадобилось слишком много времени, чтобы выкинуть из головы эти воспоминания, забыть прикосновения его сальных рук, дыхания и стонов, от которых меня просто мутило.

Презираю.

Была бы моя воля, я бы уничтожила это чудовище, которое втерлось в доверие и называло себя другом.

В глубине души я жду того дня, когда бумеранг прилетит к этому уроду и размозжит. Однако, кроме как статей в журналах с довольной рожей, ничего о Феде не слышно. Смотрит самодовольной харей с обложек и улыбается. Не очень-то заметно, что жизнь его нагнула за все то, что он творил.

Кисляев конченая мразь, которая приложила свою руку к нашему с Максом расставанию.