Мой темный принц

— Дело в том, что я провела с ней двадцать минут за просмотром QVC, и Ромео вот-вот станет гордым обладателем бритвы для ног, страусиной подушки для путешествий и наволочки для Николаса Кейджа.

— Она твоя лучшая подруга, — настаивал Олли. — Она и Фэрроу.

Я вздохнула. Честно говоря, я не сомневалась в этом. Не совсем. Да, Даллас могла быть... многословной. Но я сразу поняла, что у нее золотое сердце. И вообще, мне нравились ее причуды. Мне хотелось каждую секунду общаться с ней в твиттере, чтобы поделиться с миром ее потрясающей красотой.

К тому же было логично, что я подружилась с супругами лучших друзей Оливера. Я тянула время. Заполняла наш разговор чем попало, чтобы не нарушить обещание, данное Себу. Каждый раз, когда Олли звонил мне, я все ближе и ближе подходила к тому, чтобы потребовать ответа.

— Если бы ты была зажимом для сосков, где бы ты спряталась? — Даллас ворвалась в гостиную, с руками, полными приспособлений для кормления. — Спроси друга. Меня. Я и есть друг.

— Мне пора. Даллас вернулась. Всегда тебя люблю. — Я положила трубку и указала на что-то бежевое и силиконовое, зажатое между роскошными диванными подушками. — Вон там?

Даллас откинулась на спинку дивана, оставаясь на кухонной стороне ее открытой планировки.

— Это опять Олли?

— Ага.

— Только не говори мне, что он злится, что я тебя вытащила. — Она подхватила силикон, опознала его как слюнявчик и бросила свою добычу на кухонный остров. — Не дай бог я повредила хоть один волосок на голове его драгоценной жены.

— Невесты, — поправила я, хотя при слове „жена“ у меня в животе сверкнула молния.

— Ты станешь миссис Оливер фон Бисмарк.

Десятилетняя Брайар Роуз заплакала бы жирными, счастливыми слезами."

"Тридцатитрехлетняя Брайар хотела поскорее перенестись на свадьбу, чтобы попрыгать на его костях. Он ни за что не отказал бы мне в брачную ночь, будь то воспоминания или их отсутствие. Я никогда не знала, чтобы Олли был таким сдержанным.

Даллас приостановила поиски зажимов для сосков.

— Тебе нужно чаще бросать ему вызов.

Я нахмурилась.

— А разве я так не делаю?

Лучше спросить - а до аварии мне это было нужно? Я отказывалась быть ограниченной.

— Неважно. По моему скромному мнению, ты никогда не должна позволять своему мужчине успокаиваться. — Ей было легко говорить. Она только что рассказала мне историю о том, как ее муж принял на себя настоящую пулю ради нее. — Бог создал человека, чтобы его игнорировали. Это буквально написано в Библии.