Мой темный принц

— Он не хотел меня.

— Нет, он хотел. — Губы Филомены раздвинулись. — Он принял тебя. Он никогда не был заботливым отцом - это просто его характер. Он не винил тебя в том, что случилось. Он злился только на меня.

Она сказала это так, словно винила в этом меня.

— Сколько бы я ни просила, ни умоляла, ни извинялась, он так и не простил меня. Он и не разводился со мной. Ему нравилось иметь дочь. Ему нравилось, что я жду его каждый вечер с домашним ужином в нижнем белье. Но он наказывал меня другими способами. Он завел любовниц.

Многих. Выставлял их перед собой. Он дразнил меня ими перед нашими друзьями, унижая меня. Он спал в другой комнате, но все равно иногда приходил ко мне, чтобы заняться сексом...

Она зарылась лицом в ладони, качая головой.

— Он делал это ловко. Как он завоевал и разделил дом. Он заставил меня обидеться на тебя, потому что на самом деле он был мил с тобой, и я настроила его против тебя.

Я моргнула, пытаясь переварить последнее предложение.

— Ты настроила его против собственного маленького ребенка?

— Не смей меня осуждать.

— Она ткнула в меня пальцем. — Я сделала то, что должна была сделать. Ты была ребенком. Здоровым, богатым и красивым. Я знала, что ты найдешь свой путь. Джейсон был моим единственным шансом на счастье. Мой единственный шанс.

— Джейсону не нужно было подыгрывать тебе. Он сам выбрал ненавидеть меня.

— Я устала ухаживать за ребенком, который отнимал все внимание моего мужа. Джейсон начал замечать, что, когда мы наняли няню на полный рабочий день, я стала нравиться ему больше.

Так, избегая тебя, мы наладили наши отношения.

— Как романтично... — Мне не хотелось слушать обо всем этом. Я пришла за одним. — Где сейчас живет Кэмерон?

— Кэмерон? — Она приподняла бровь, призрак улыбки дрогнул в уголке ее рта. — Кэмерон Купер мертв, дорогая.

Мое сердце рухнуло к ногам. Оно пробило дыру в земле и почти утянуло меня за собой. Я с трудом восстановила дыхание.

— Уже лет пять, наверное? — Филомена проверила свои ногти, усмехаясь про себя.

— Как летит время. Помню, его сестра позвонила мне, когда мы еще были в Аргентине, чтобы сообщить. Он покончил с собой. Ужасно, на самом деле."

"С моих губ сорвалось хныканье. Единственная вспышка уязвимости, которую я дала ей сегодня, и я ненавидела себя за это. На ее лице появилось самодовольное выражение. Это была месть. За то, что отвергла ее. За то, что не хотела, чтобы она была частью моей жизни. Моей свадьбы.

И это сработало.

— Знаешь... — Она надулась.