Мой темный принц

— Конечно, я не влюбилась ни в кого другого. — Я засунула леденец в рот и провела языком по розовому леденцу. Мои губы были припухшими и, наверное, вишнево-красными от конфет, и я знала, что он не устоит перед настоящим поцелуем. — Ты влюбился в кого-нибудь еще?

— Нет. — Он схватил мою руку, осыпая ее пушистыми, перьевыми, безумно счастливыми поцелуями. Его теплое дыхание скользило по моим пальцам, его губы касались моей открытой ладони и костяшек пальцев. — Я не думаю, что ты понимаешь. Я настолько одержим тобой, что даже не рассказываю о тебе своим друзьям.

Я настолько одержим, что мысль о том, что другие мальчики знают о тебе, вызывает у меня ревность. На днях Ромео увидел твою фотографию на моей заставке и спросил, кто ты, а я его просто ударил.

— Хм... — Я потянулась, чтобы поцеловать его губы. — Токсичная мужественность, мой любимый тип в мальчиках.

Я облизнула губы, и он рассмеялся в поцелуе, пытаясь захватить кончик моего языка зубами.

— Мальчиках? — прорычал он. — Во множественном числе?

— Только один.

Ты.

— Дерьмо. — Он вздохнул. — Это плохо."

"Он поцеловал меня в щеку. Кончик моего носа. Край моих ресниц.

— Что плохо?

— Как ты запуталась в моей душе. Это как... клубок волос. Я не могу его распутать.

— Как поэтично. — Я фыркнула. — Джону Китсу до тебя далеко.

— Не думай о других мужчинах, когда ты со мной.

— Олли, Джон Китс мертв уже более двухсот лет.

Он повернулся, чтобы поцеловать мое голое плечо.

— И все еще недостаточно мертв для меня.

Лямка спустилась до локтя, и изгиб моей груди выпирал сквозь подол ткани.

Когда он был здесь, я жила полной жизнью. Внезапно я оценила все. Запах распускающихся цветов и сладкой воды. Щебетание птиц и смех совершенно незнакомых людей, которые тоже создавали счастливые воспоминания.

— Мы смотрим на облака? — прошептал он мне в висок.

— Да.

Я переплела свои пальцы с его пальцами, и это было так естественно, так правильно, как будто мы вообще не проводили времени врозь.

Я изучала небо.

— Я вижу кролика.

Он указал на облако через мое левое плечо.

— Огромный пенис.

— Олли. — Я закрыла рот рукой, пытаясь не рассмеяться.

— Да ладно, ты смеешься, потому что знаешь, что это правда. У него корона более королевская, чем у принца Эдуарда.

— Сейчас я тебя ударю.

— Не угрожай мне хорошим времяпрепровождением. Каждое твое прикосновение ко мне - это повод для праздника.

Я растянулась на ухоженной лужайке. На кончик моего ногтя приземлилась божья коровка, и я позволила ей исследовать его.