Он повернулся ко мне лицом. Впервые в его глазах мелькнуло раздражение. Он был все тем же отстраненным Ромео. Но что-то еще таилось под поверхностью.
Проблеск мальчишества.
Неуверенность, которую можно обнаружить на лице ребенка, когда его впервые отвезут в новую школу.
— Я не знала, что Мэдисон в Париже, — это была правда. — Откуда ты знаешь, что он здесь?
Он посмотрел на меня взглядом «как ты думаешь».
Я закрыла глаза, впиваясь ладонями в глазницы.
— Ты следишь за ним.
Господи. Что произошло между этими двумя?
— Твой талант к естественной дедукции не имеет себе равных.
Ты уверена, что хочешь сохранить свою специальность в области английской литературы, когда ты можешь внести гораздо больший вклад в мир математики?
— Я же говорила тебе… я не знала, что он здесь.
— Это было бы убедительно, если бы меньше суток назад ты не сказала мне, что вы вдвоем устроили заговор против меня. И показала мне свое обручальное кольцо.
О, черт с тобой.
Я протиснулась мимо него, поспешив в ванную. Он шел за мной неторопливыми шагами, с расслабленными широкими плечами.
"
"— Он украл твою бывшую девушку или что-то в этом роде? — я выдернула расческу из туалетного столика и провела ею по волосам. — Я знаю, что ты не ревнуешь, потому что тебе наплевать на меня, так что это должно быть что-то другое.
— У Мэдисона нет возможности украсть песчинку с моего заднего двора, не говоря уже о целом человеке, — его пристальный взгляд поймал мой сквозь отражение в зеркале. — Что он здесь делает?
Без понятия.
Но я уже знала, что он не примет этот ответ.
— Мое предположение? Играет с твоей психикой, — я вздохнула, ненавидя бросать Мэдисона под автобус.
Но я не хотела, чтобы этот автобус переезжал меня сто раз, пока не вышвырнет меня на улицу.
Так или иначе, Мэдисон был придурком. Приезд сюда был провокационным и в плохой форме. Он подверг нас обоих опасности.
Пришло время постоять за себя – только за себя.
— Возможно, мне следует опередить его и лишить тебя девственности раньше, чем он. Что ты думаешь? — он приблизился ко мне.
Я повернулась, поняв, что прижала себя к туалетному столику. Моя нижняя часть спины впилась в его мрамор. Через несколько секунд Ромео покраснел, его рука оказалась между моих бедер, одетых в юбку.
Удивительно, как быстро мое тело подчинилось ему, в отличие от того, как мой мозг боролся с ним на каждом шагу. Я вцепилась в столешницу позади себя.
— Что ты думаешь? — с дикой ухмылкой Ромео впился в мои губы своими, крепко целуя меня.
