Роза Вернона победила невозможное – меня.
Моя лишенная солнца комната, грязная вода, в которой она мариновалась, и моя общая невнимательность.
Время от времени Ромео ухаживал за ним, подменяя свежую воду. Однажды он даже взял крошечные ножницы, которыми я подстригала брови, обрезав кончик розы.
Может быть, поэтому с него упал только один лепесток с тех пор, как мы начали регулярно встречаться.
Я не знала, что произвело на меня большее впечатление – способность Вернона создать подвид розы или скрытая черта моего мужа заботиться о вещах с нежностью любящего отца.
На следующее утро я танцевала вокруг кухонного острова с Хетти, погрузившись в шоколадный челлендж.
Каждый бренд под солнцем растянулся перед нами. «Godiva», «Cadbury», «Dove», «Ghirardelli», «Lindt» и «La Maison du Chocolat».
Вернон, наш судья, сидел на барном стуле поверх четырех толстых учебников по финансам, которые я украла из кабинета Ромео для увеличения роста. Не то чтобы мы с Хетти могли видеть его сквозь повязки на глазах.
Я жевала жемчуг малинового ганаша.
— Godiva.
Вернон прочистил горло, прервав мой счет 4-3.
— Миссис Коста, у вас гость.
Как всегда, он настаивал на том, чтобы называть меня миссис Коста.
И как всегда, я заметно вздрогнула.
Я сорвала повязку с глаз, задыхаясь.
— Фрэнки!
Но это была не она.
И не мама.
Мои легкие опустели, порыв воздуха свистнул мимо моих губ.
Передо мной стоял Шепард Таунсенд.
Он завис в дверном проеме со шляпой в руке, переминаясь с ноги на ногу.
Он носил тот костюм, который мне нравился больше всего.
Черный с желтыми полосками. Веселое комбо, за которое он получил прозвище «Бубба Би».
Те дни казались вечностью назад.
Сейчас мне было не до смеха
— Даллас. Ты не отвечаешь на мои звонки.
Я отодвинула шоколадку.
— Да, я в курсе.
— Я надеялся, что мы сможем поговорить, — он поднял плечо, на этот раз неуверенный в себе.
Это задело струны моего сердца, если не полностью связало их в запутанную кучу. Несмотря на его поступки, я не могла ненавидеть его до конца.
Я указала на уставленный десертами стол передо мной.
— Очевидно, я занята.
Острый гнев подступил к моему горлу. Это вышло за рамки обещания меня Ромео без моего согласия. Папа уже делал это раньше с Мэдисоном.
Что выжгло меня наизнанку, так это момент, когда мой нынешний муж вытащил меня из дома моего детства, босиком и в спальном халате."
"В тот момент с ясностью только что отполированного зеркала я поняла, что мой отец не спасет меня.
