— Приведи себя в порядок.
Вместо того, чтобы вытереть липкий сидр с рук, Даллас поднесла платок к носу, вдыхая мой одеколон.
— Знаешь, то, что я согласилась прийти сегодня вечером, не означает, что я одобряю твою работу.
Я забрал у нее ткань, взял ее ногу на каблуке и сам вытер спирт, не обращая внимания на ее слова.
— Я имею в виду, я не доверяю людям заботу о планете, и все, что им нужно, это буквально не сосать. С чего бы мне доверять им тяжелую артиллерию?
— Нельзя никому доверять тяжелую артиллерию. В этом вся его цель.
Быстрее всего заканчивается война, которая так и не началась.
— Так глубокомысленно, — она хлопнула ресницами. — Нобелевская премия мира уже в пути. Убедись, что твой костюм выглажен.
Меня бесконечно бесило, что это была женщина, которой я доверил свою правду.
Я знал, что она сохранит мои секреты в безопасности. Это не давало мне абсолютно никакого комфорта, поскольку я хотел точно определить, проанализировать и проглотить каждый ее недостаток.
Что угодно, лишь бы сделать ее менее привлекательной для меня.
У нее действительно было много недостатков.
Я вспомнил, как легко заметил их, когда она только переехала. Но все, что я ненавидел в ней – ее раскатистый громкий смех, ее беспорядочность, ее сверхъестественная способность дружить с чем угодно и кем угодно, включая комнатные растения, больше не раздражало меня.
Правда, в учебе у нее не было особых успехов, но она прочитала половину местной библиотеки менее чем за четыре месяца и шутила с пугающей скоростью.
Она также выставляла напоказ умение считать, сокрушая Вернона в шахматы и Зевса в игре.
Ее увлечение едой граничило с нездоровым, но ее познания во всем кулинарном меня восхищали.
Больше всего меня разочаровало то, что моя жена не была по-настоящему ленивой. Она просто ждала, когда станет матерью, чтобы направить всю свою энергию на своих отродий.
Вскоре, однако, я обнаружил вескую причину быть недовольным ею, пока мы шли от «Майбаха» к моему недавно приобретенному ресторану. Она тяжело дышала, как будто только что закончила марафон.
— Неужели ты так громко дышишь? Инопланетяне могут услышать тебя с соседних планет.
— Ты тоже в них веришь? — она оживилась, а затем искоса посмотрела на меня, заметив мое плоское выражение лица. — Подожди, тебя теперь раздражает мое дыхание?
Я открыл ей дверь.
— Ты молода и по непостижимой причине, не связанной с твоим образом жизни, кажешься в отличной форме. Почему ты так тяжело дышишь?
— Я дышу нормально, Ром.
