Я покачала головой, сомкнув губы.
— Печенька.
Еще одно качание головой.
Я знала, что если открою рот, он опрокинет его внутрь. Мало того, что вкус был просроченным, так еще и послевкусие длилось несколько часов.
Пока чашка все еще касалась моих губ, Ромео опустил нос, провел им по моей шее, вдоль подбородка и к моему уху.
Я застонала как раз вовремя, чтобы он высыпал лекарство мне в горло и прошептал:
— Проглоти.
Честная игра даже не существовала в его словаре, не так ли?
Нахмурившись, я проглотила каждую каплю.
— Это отвратительно.
— Хорошо. Запомни вкус и никогда больше не болей.
— Это была не моя вина.
— Ты каталась или не каталась на коньках без пальто? И не отрицай этого. Ты оставила на туалетном столике квитанции с указанием времени посещения катка в центре Роквилла. Кроме того, я подтвердил это у Хетти.
— Отлично. Мне следовало одеться потеплее.
Он собрал бумажник и телефон, сунул их в карман.
— Ты уходишь? — я пискнула, глядя, как он застегивает рубашку.
Мои глаза так скучали по нему, что не смели моргнуть.
Он засунул ноги в туфли.
— Да.
Моя нижняя губа дрожала.
— Но почему?
— Потому что все, что ты хочешь, это чтобы я обрюхатил тебя, чтобы ты могла вальсировать обратно в Чапел-Фолс. И все, что я хочу, это погрузиться в тебя и никогда не покидать твою постель. Ты слабость. Зависимость. Отвлечение.
Я выпрыгнула из постели. От резкого движения у меня в животе по спирали поползла тошнота. Мои колени подвели меня.
Ромео был там меньше чем через секунду, поднимая меня на руки.
И все же его взгляд оставался ровным и неумолимо бесстрастным.
Я могла превратиться в лужицу сожаления прямо здесь и сейчас, у ног его Бруно Кучинелли.
— То, что ты говоришь ‒ вздор! — я в ярости ударила его в грудь. — Ни одна часть меня не хочет ехать в Чапел Фо...
— Перестань лгать! — это был первый раз, когда он повысил на меня голос. Первый. Он оторвался от меня, запустив руку в свои спутанные, чернющие волосы. — Перестань мне врать, Даллас. Я слышал, как ты говорила своей сестре, как сильно ты меня ненавидишь.
Как ты хочешь, чтобы я обрюхатил тебя, чтобы ты могла вернуться домой.
О, нет.
Нет-нет-нет-нет-нет.
Я не могла поверить, что он это услышал.
Какая катастрофа.
— Господи, — я откинула голову назад, сдерживая смех. — Я солгала ей, Ромео.
— Почему?
— Она узнала, что мы занимаемся сексом. Мои простыни пропахли нашим запахом. Мне пришлось оправдываться, что я пустила тебя в свою постель. Я не доверилась ей.
