Если что-то нужно починить, с Верноном можно связаться по интеркому. Я понимаю, что тебе будет трудно, но воздержись от разрушения моей собственности. Вернее, в городе.
— Да, потому что я разрушитель между нами, — я встала, отряхивая свой халат. — Братан, ты продаешь смерть за жизнь. Кого ты пытаешься обмануть?
— В следующий раз, когда ты меня «Братанешь», я конфискую твой телефон, телевизор и закуски. Ты будешь вести себя в соответствии со своей родословной.
— Я человек, а не золотистый ретривер, — затем, прежде чем я забыла, добавила, — Братан.
Мускул на его челюсти грозил выскочить из-под кожи.
— Вы закончили, мисс Таунсенд?
— Я еще не начала, — я схватилась за ручку чемодана. — Ты продаешь оружие тому, кто больше заплатит…
— Это фактически неверно. Это не всегда самая высокая цена, — этот разговор уже казался ему скучным. — К сожалению. Патриотизм является корнем большинства геополитических споров и слишком раздвоен для всесторонних людей.
Это было даже не по-английски, поэтому я отказалась говорить по его поводу.
— Ты обеспечиваешь армии средствами для убийства людей, — объяснила я, как будто он был малышом. — И ты делаешь это ради денег.
— Это не ради денег.
— Если не деньги, то что?
Он не ответил, подойдя к входной двери и введя код. «4-8-1-0-4-3-2-4-1-5.
— Код меняется раз в неделю.
— Ты думаешь, я это запомню?
В этот момент мне нужно было построить ковчег, чтобы не утонуть в его дерьме.
— В сарае есть раскладушка, если ты забудешь.
Я не пошевелилась, отказываясь шагнуть в дверь, не восстановив хоть немного своего достоинства.
— Давайте заключим сделку.
— Сделка требует от каждой стороны наличия рычагов влияния. Я знаю, что у меня есть. Я также знаю, чего нет у тебя. Что ты можешь обменять?
Его совершенно неподвижный взгляд пронзил мое тело, от головы до босых ног.
Я подавила желание прикрыться и захлопнула дверь, чтобы занять руки.
— Не это. Мое тело – это храм.
— И ты засоряешь этот храм тремя тоннами нездоровой пищи с сахаром и искусственным вкусом каждый третий час.
Судя по его восторженному отзыву обо мне, я подозревала, что он хочет, чтобы я была более утонченной.
Я отказалась.
Если вам нужно было изменить себя, чтобы вас приняли, значит, вам изначально не нужен был этот человек в вашей жизни. Потому что они хотели быть не с вами. Это была их версия себя.
Не было бы вселенной, в которой я уступила бы ожиданиям Ромео Косты.
Грустный смех пронзил мою грудь.
