— Манеры, — проинструктировал я тем же раздражающим тоном.
— Пошел ты, — возможно, она посчитала это шагом вперед, поскольку не выцарапала мне глаза, когда говорила это.
— К сожалению, я отказываюсь. Я буду читать «Wall Street Journal» снаружи, — и ушел.
— Это все твоя вина, — крикнула она мне в спину. — Я бы не напилась, если бы не ты, — я не сбивал темп. — Ох, хорошо. Пожалуйста, дай мне мою зубную щетку. Счастлив теперь?
Я не был счастлив сейчас."
"Я, наверное, никогда не был бы счастлив после моего неудачного решения жениться на этой женщине.
Но, видимо, я нашел предел своему бессердечному социопату, потому что дотащился до ее чемодана, вытащил пачку зубных щеток вместе с тюбиком «Колгейта» и принес их Даллас.
Я позволил ей принять душ, почистить зубы и заняться собой, пока я просматривал финансовые новости, сидя на своем месте и потягивая теплый кофе.
Она появилась через тридцать минут, с влажными волосами и вымытым до розового цвета лицом, в толстовке «MIT», которую она, должно быть, украла из моего чемодана.
Она казалась сварливой и ошеломленной, когда упала на диван рядом со мной, копаясь в свежих фруктах и бань-ми.
Краем глаза я наблюдал, как она съела два подноса с бутербродами и диетическую колу.
Закончив, она огляделась и вздохнула.
— Я не устала.
Я не сводил глаз с газеты. Может быть, если я не шевельнусь, она подумает, что я умер, и замолчит.
— Давай поцелуемся.
Поскольку она все еще была явно и сильно пьяна, а аромат «eau de vomít» лично мне не казался очаровательным, я проигнорировал ее далеко не звездное предложение.
— Ну давай же, — Печенька вскочила на ноги, подойдя ко мне. Она отшвырнула газету в моей руке и оседлала меня. — На самом деле я достаточно заряжена, чтобы терпеть тебя прямо сейчас. Это уникальное предложение.
Может, оргазм поможет мне заснуть.
Она обвила руками мою шею.
— Назови хоть одну причину, чтобы помочь тебе.
Она изобразила зубастую улыбку.
— Счастливая жена – счастливая жизнь?
Кое-что пришло мне тогда в голову.
— У тебя когда-нибудь был оргазм?
— Кажется, я случайно испытала его год назад, — ее большие, невинные глаза расширились.
Именно в такие моменты я вспоминал, что заставило меня украсть ее.
