— С моей мамой попрощались. Теперь поехали к твоим?
Кивнула в ответ. Хотя на самом деле очень переживаю о том, как пройдёт этот разговор. Камиль настоял на том, что мы обязаны сказать папе и маме о том, что я еду с ним, и он будет моим тренером в Москве. Не знаю, какая будет реакция у отца, но невоспитанным хамом он себя никогда не показывал при мне. Орать на Камиля он точно не станет. И, возможно, Камиль найдёт какие-то слова, чтобы родители поняли меня. Насчёт отношений я попросила его ничего не говорить им.
Слишком много потрясений для них в один день, да и я сама пока ещё не знаю, что происходит между нами. Ведь Камиль мне так и не сказал, какую я роль играю в его жизни. Я просто рада возможности быть рядом, видеть серые глаза и умирать от ласк, нежности и страсти в его руках ночами и днями. Я могу лишь молиться, чтобы этот миг никогда не заканчивался, а время остановилось на месте, держа стрелки на одном и том же месте годами, оставляя меня в счастливой неге навсегда.
* * *Дверь открыл папа и тут же застыл, открыв рот. Я просила его остаться дома сегодня, сказав, что у нас будет важный семейный ужин. Отец отнёсся серьёзно к моей просьбе, и взял выходной.
— Здравствуйте, — поздоровался первым Камиль.
— Привет, пап, — смущённо улыбнулась я ему.
— Здравствуйте, — растерянно отозвался родитель и нахмурился.
Отступил от двери, приглашая нас войти. Он следил за каждым нашим движением, заставляя себя не начать выяснять отношения прямо с порога.
— И что это значит? — спросил отец, выждав ровно минуту. — Мы же договаривались, Соня!
— Пап, — посмотрела на него с мольбой в глазах. — Давай спокойно поговорим. И для начала выслушаем, что хочет сказать тебе мой тренер.
— Садитесь, — практически приказал нам мой отец.
— А, приехала уже Сонечка, — вышла мама из кухни, нимая фартук. — Ой. Здравствуйте, Камиль.
— Добрый день. Это вам, — он протянул улыбающейся маме, которая, конечно же, давно в курсе наших отношений, цветы.
— Спасибо, — приняла она букет. — Очень красивые. Поставлю в вазу, а вы пока присаживайтесь за стол.
Камиль отодвинул стул, чтобы помочь мне сесть, и папа отметил этот жест, коршуном глядя на него. Но тебе придётся смириться, папочка, с тем, что твоя дочь любит теперь ещё одного мужчину, а не тебя одного.
Мама накрыла стол, и за разговорами ни о чем мы принялись трапезничать.
