Глаза я не торопилась открывать — и так ясно, что мы в дворцовых коридорах. — Ты не лучше, Ассту-Рикенн!"
"— Сколько раз говорил — не называть меня так, — но судя по голосу Рика, он улыбался. А после того, как я встала на ноги, он впился в мои губы таким горячим поцелуем, что я едва не потеряла сознание опять. И стиснула его плечи, отдавая поцелуй, чувствуя, как внутри меня поёт уже не одна струна, а целый сонм музыкальных инструментов, и по всему телу разливается невероятное счастье.
— Я чуть с ума не сошёл, узнав, что ты пропала, — Рик покрывал поцелуями моё лицо и шею, и, кажется, с трудом удерживал себя от большего.
— Ани, Ани, моя единственная, истинная любовь…
Я была близка к тому, чтобы потерять Рика, а он мог навеки расстаться со мной. Но мы вновь обрели друг друга.
Лекарь осмотрел меня и объявил, что ничего страшного нет. Пока он прикладывал к моей голове что-то холодное, чтобы не было шишки, я спросила у Рика:
— Хэг-Дааль сбежал, да?
— Его не было в комнате, когда я там появился. Что такое, Ани?
Я вскочила, позабыв о лечении.
— Тайный ход! Если Хэг-Дааль спустился туда…
«…то вполне может быть, что там есть выход из дворца», — мрачно закончила я про себя. В самом деле, почему бы и нет? Я же пошла только в одну сторону — правую, — а был ещё и коридор слева.
Рик нахмурился.
— Покажешь, что за ход. Мы пошлём за Даалем, демон бы его сожрал, сильнейших драконов и стражу. А тебя ждёт благородный альгахри Ниарвен, ты ему всё расскажешь, Ани…
— Как насчёт тебя? — Я снова села на мягкое сиденье, обтянутое золотистой тканью, и лекарь, ворча, продолжил обрабатывать мою голову.
— Ты мне ничего не хочешь рассказать?
Потому что Рик выглядел весьма живописно: синяки и ссадины на лице, взлохмаченные волосы, порванная одежда. Поймав мой взгляд, он ухмыльнулся и развёл руками:
— И рассказывать нечего. Сначала подрался с твоим братом, затем с демонами, а потом уже и драконы со стражей подоспели.
Я помолчала, прежде чем сказать:
— Вероятно, Каэм выглядит не лучше.
— Неплохо для того, кто пытался меня убить и промахнулся, — беспечно заметил Рик.
— Но об этом побеседуешь с ним самим.
«И не только об этом», — подумала я.
XX
Я сидела у себя в комнате, пока Эсимэ суетилась вокруг меня, весело болтала и причёсывала мои свежевымытые волосы. На мне было привычное красное платье с прорезями на рукавах, в которых виднелась белоснежная нижняя рубашка. И я чувствовала себя вроде бы отлично, только камень на сердце напоминал, что не всё в порядке.
