Ну и вообще, по мне так всех следовало поселить в казарму моего любимого 46-го полка и посмотреть, кто оттуда успеет к шести утра явиться во внутренний двор закрытой территории дворца… Но родители эту идею не одобрили, запретив заниматься садизмом. Что на самом деле весьма сузило варианты для испытаний на самом отборе.
Честь оказаться приглашенными на личное знакомство со мной выпала 31 юноше. Выборка оказалась самая широкая – здесь были и военные, и торгаши, и разнорабочие и даже интеллектуальная элита.
Удивительным образом какое-то количество благородных лордов тоже прошло.
Встречать дорогих гостей я решила в малом тронном зале, чтобы ни у кого не осталось сомнений, куда они рискнули притащить свои амбиции.
Малый зал был прямоугольной формы и примерно две дюжины шагов в длину. От парадной двери к моему трону на возвышении шла черно-золотая ковровая дорожка, по правую руку огромные окна от пола до потолка, по левую – стяги во всю стену. Ничего лишнего, но малая площадь и высокий потолок оставляли довольно неприятно ощущение, если только ты не сидишь в комфортном кресле пятью ступенями выше уровня пола.
Утро прошло в короткой борьбе с матушкой за собственный внешний вид, но по понятным причинам травмировать женихов в первый день мне не позволили. А потому, как мудрые правительницы, мы смогли найти компромисс. В моем случае компромисс выглядел как черный костюм из брюк, рубашки и поясного корсета. Шпильки и фамильные побрякушки шли комплектом, распущенные волосы украшала простая железная диадема с пятью зубцами.
Это было один из самых скромных символов монаршей власти, но я испытывала какую-то слабость к этим аскетичным, слегка пожеванным временем тусклым зубцам.
За моей спиной замерли Даян и Николь. Близнец, как и положено, стоял справа, вальяжно оперевшись рукой на спинку моего трона. Он был единственным, кого происходящее не коснулось напрямую, а потому был расслаблен и излучал омерзительное добродушие.
Николь, которой пришлось под суровым взглядом матриарха поддеть вторую юбку приличной длины, нервно теребила латунные заклепки на своем кожаном корсете.
Моя первая фрейлина понимала, что сверкать своими идеальными ногами перед потенциальным принцем-консортом идея так себе, но внутреннее противоречие заставляло девушку сердито сопеть.
– Ну что… – вздохнула я, поддергивая рукава, насколько позволяли застегнутые бриллиантовыми запонками манжеты, – начинаем наше шоу уродов.
