"
"– Вы оскорбляете меня своей нерешительностью, Ноэль. У вас был шанс провести вечернюю прогулку в моей, вне всякого сомнения, приятной компании. А вы его так бездарно упустили. Даян, будь любезен, проводи нашего гостя.
– Далеко? – с некоторой обреченностью в голосе поинтересовался брат, поняв, что переубедить меня ни в одном из принятых решений невозможно.
– На выход, – коротко ответила я и, не удостоив первого выбывшего кандидата и взглядом, отправилась дальше по шуршащей гравием дорожке.
Сбежать из дворца по-тихому можно было двумя способами.
Во-первых, конечно же, через потайные ходы. Но возле них перманентно отирались соглядатаи Кириона и матушки, иногда устраивая толчею в пустом закоулке, так что меня бы прямо там и развернули бы обратно. Ну или взмыленный брат явился бы в самое неподходящее время.
Второй способ, как водится, был более рисковый и более дерзкий. И мой любимый, естественно. В глубине королевского сада рос вековой дуб, взобравшись на который можно было перемахнуть через стену и, при удачном стечении обстоятельств, не переломав ноги оказаться на одной из улиц Ирониума.
Обнаружили мы это поистине волшебное место с Даяном случайно – убегали от особо назойливой прислуги, приставленной ради нашего же блага. Ну вот скажите мне, кто к студентам Железной академии приставляет нянек?! Сбежали мы тогда на целый день, доведя матриарха до сердечных капель, а вернулись, как умные, через потайной ход, где нас и поджидала королевская стража.
Мать конечно устроила полный разнос, могла бы – высекла, да только думается мне побоялась получить сдачу от двух боевых магов.
Досталось, правда, в основном, Даяну, поскольку на наследнице особо не отыграешься, а за близнеца я переживала, как за себя. Но финансовые санкции мы перенесли стоически, а угрозы женить его на какой-нибудь страшной дуре не воспринимались всерьез. Отец тогда лишь молча курил да смешливо щурил глаза, из чего я сделала вполне справедливый вывод, что не одни мы время от времени ускользаем из-под очей нашей матушки.
В общем, тайну старого дуба мы героически сохранили, а со временем даже устроили схрон полезных для побега вещиц. Я отковыряла фальш-кирпичи, выудила замызганную, потертую временем и учебными сборами кожаную куртку с капюшоном, старые, а от того безумно удобные и нежно любимые высокие сапоги на шнуровке, тряпицу, бывшую когда-то дорогим платком и пережившим со мной годы обучения, и кошель с мелкими наличными.
