– Категорически нет!
– Милая, это похвально, что ты все же решила активно принимать участие, – осторожно начала мама, – и я рада, что ты осознала целесообразность отбора…
Ага, как же.
– …но перебирать всех слишком долго.
– И дорого, – добавил папа.
– И дорого, – согласилась мама.
– Так может ну его, этот отбор? – с надеждой предложила я."
"– Родная, ты же знаешь, что нет ничего крепче королевского железного слова, – ласково улыбнулась мама.
И тут я отчетливо осознала, что к концу отбора мне придется-таки выйти замуж несмотря на все мои ухищрения.
Ведь издан королевский указ, что по итогу отбора престолонаследная принцесса, то есть я, выберет себе мужа. Заставить счастливца отказаться после финала отбора будет нельзя: кто ж захочет не плаху за оскорбление венценосной особы. Шанс, что среди двадцати тысяч мужчин нет ни одного вменяемого тоже, если честно, не велик. А, значит, нужно не просто изводить парней, но ещё и отсеивать самые безнадежные случаи. Мало ли…
– Я правильно понимаю, что здесь все холостые мужчины в возрасте от 21 до 30? – спросила я, присев на краешек отцовского стола и без особой цели перебирая листы со списками.
– Граждане мира Железа минимум в третьем поколении, постоянно проживающие на территории нашего королевства. Проверенные на благонадежность, ранее не заключавшие браков, не имеющие внебрачных детей и порочащих честь связей, – уточнил отец.
– А что на счет магии?
– Магии? – удивился отец, – О, дорогая, это совершенно не обязательно. Твоего потенциала вполне достаточно.
– А сословие?
– Демира, фу, как не стыдно! – возмутилась мама. – Каждый юноша должен иметь шанс на участие в отборе вне зависимости от дохода. Конечно, ничто не помешает тебе отсеять совсем уж безнадежные случаи… – хищно сверкнула белозубой улыбкой матриарх.
– Но и безродный супруг тоже недурная партия, не придётся ломать парня, – вставил разумный комментарий папа.
– Ну да, ну да… – пробормотала я, размышляя о внезапной социальной лотерее для провинций.
– Милая, мы будем рады, если ты поучаствуешь, особенно, если у тебя есть какие-то конкретные идеи, – намекнул папа.
Я с полминуты бестолково перекладывала листы на его столе, судорожно соображая, как из двух десятков тысяч отсеять худшую и безнадежную часть. Взяла один из листов и зачитала вслух:
– Остан Вотр, 23 года, лесничий. Что, серьезно?
– Демира, внутренняя политика требует широкой выборки, – мягко проговорила мама.
– Хорошо, но у нас в стране бесплатное среднее образование.
