В его мужественных чертах лица легко читались сила, уверенность и жёсткость. Он даже во сне не расслаблял уголков губ, что говорило о его постоянном внутреннем напряжении.
Я улыбнулась.
Вчерашняя сказка, когда не хотелось думать ни о чём, вдруг сменилась тяжестью навалившейся реальности, и мне совершенно не виделся выход из вновь создавшейся ситуации. Но я не могла не любоваться лицом Загорского. Впервые я спала с мужчиной. Вместе, а не рядом. Марк поймал меня своими руками в кольцо, держал так всю ночь, грел меня своим телом, и мне было так уютно, как никогда после смерти мамы.
И впервые я не ощущала гнетущего одиночества.
А ведь приручённый зверь теперь не казался таким опасным, как прежде. Да?
Теперь его сила не пугала, а вызывала лишь умиление. Я на секунду даже позволила себе представить, а что будет, если мы решим быть вместе? Мне будет так же тепло и уютно? Он защитит меня от всех бед? А дальше? Станем ругаться по каждому поводу, и он будет диктовать мне, как жить, во что одеваться, чем заниматься?"
"Марк не привык считаться с еще чьим-то мнением, кроме своего.
Наверное, у него не было нормальных отношений. Так сколько продержатся наши, если мы признаемся во всём Вику? Пару дней, неделю? Сколько пройдёт прежде, чем в Загорском снова проснётся бесчувственное чудовище? А ведь ради того, чтобы быть вместе, нам придётся сделать несчастным другого человека.
Так стоит ли это того?
Что он, вообще, сказал мне вчера? Что любит? Что предлагает быть с ним? Что сказал Марк?! А ничего.
Потому, что тоже ни в чём не уверен. Так о чём тогда речь?
- Не смотри на меня. – Сказал он. – Мне нужно в душ.
- Я и не смотрела, - робко улыбнулась я, натягивая на себя покрывало.
- Смотрела. – Произнёс Загорский, не открывая глаз. – Я чувствовал.
Мне захотелось его поцеловать. Продлить момент счастья. Представить, что вот так я могла бы просыпаться каждое утро - в его объятиях. Просыпаться, нежиться, медленно гладить пальцами его широкие плечи, мощную грудь и никуда не спешить.
Даже просто представить такое было сложно, почти невозможно.
- И ты улыбаешься. – Хрипло сказал Марк и открыл один глаз. – Ну, вот, точно.
Он улыбнулся, обнажив ряд ровных, белых зубов, и я не выдержала. Наклонилась и прижалась лицом к его шее, осторожно коснулась губами кожи с горьким ароматом парфюма, медленно вдохнула его аромат.
Почему нельзя остановить мгновение? Почему нельзя вернуть всё назад?
- Кажется, у меня рука затекла. – Сказал Загорский.
