- Да? – Спохватилась я, приподнимаясь. – Прости.
Чёрные глаза взглянули на меня с ожиданием. Марк явно и сам был растерян. Он не знал, что именно меняла в наших отношениях эта ночь. Никто из нас не знал, и ни один не хотел думать о том, что скоро всё это закончится.
- Иди ко мне. – Тихо прошептал он.
И я легла ему на грудь, встречая поцелуй.
Как только его сильные руки пробежали по моей спине и сжались на бёдрах, по моему телу прокатилась волна возбуждения. Что это? Как так? Я теперь не узнавала собственное тело.
Стоило Марку только коснуться меня, как в теле словно срабатывали какие-то электрические цепи: под кожей всё горело, трещало, искрилось, а низ живота наливался вязким жаром. Даже если бы я не хотела реагировать на этого мужчину, моё тело предало бы меня первым.
Загорский гладил мои ягодицы, впивался в них пальцами, и я, ощутив, как подрагивает его член, игриво забралась на него сверху и упёрлась руками в его грудь.
Марк оторвался от моих губ и просто посмотрел на меня, а я улыбнулась в ответ, потому что не понимала, что за сумасшествие с нами творится.
Я не узнавала ни себя, ни его.
Когда этот мужчина оказывается рядом, у меня отключаются и мозги, и инстинкт самосохранения, и даже здравый смысл. Мне просто нужно быть здесь, нужно быть с ним, нужно чувствовать его каждой клеточкой тела, и с этим ничего нельзя поделать.
- Что же ты со мной делаешь… - Он не ждал ответа.
Закусив губу, я медленно опустилась на его крепкие бёдра и буквально нанизалась на его член. Застонала от захлестнувшего ощущения наполненности и невольно зажмурилась.
Но этого ему было мало: Марк положил руки на мою талию и потянул меня вниз, натягивая на себя и входя ещё глубже.
- Вот дьявол… - прошептала я, наклоняясь ниже к его лицу.
- Он самый. – Усмехнулся Загорский, толкаясь в меня бёдрами.
Я провела губами по его лицу – не целуя, а желая лишь ощутить его дыхание на своей коже, и стала осторожно двигаться вверх и вниз, вперёд и назад.
- Дьявол…
- Да.
Марк подтягивал меня к себе, делая проникновение предельно глубоким, а я пыталась поймать ритм, прислушиваясь к своим ощущениям и увеличивая скорость.
Он гладил мою грудь, мял пальцами бёдра, а я металась, то глядя Загорскому в глаза, то наблюдая за тем, как его член погружается в меня и выскальзывает наружу, то совершенно пропадая из реальности и опускаясь в невесомую, словно облако, пропасть.
Из реального оставались лишь его шумное дыхание, слабый скрип дивана и звуки влажных шлепков.
