Мой злодей

Не успел Руперт появиться на пороге столовой, как мать негодующе воскликнула:

— Где ты был?

Руперт уселся напротив, заговорщически подмигнул Оуэну, дабы предупредить, что битва вот-вот начнется, и невозмутимо ответил:

— Тебе обязательно спрашивать?

— Кто она? — осведомилась Джулия.

— Ты ее не знаешь.

Мать презрительно фыркнула:

— Когда ты прекратишь гоняться за юбками и найдешь мне невестку?

— Ты совершенно не помнишь моего последнего ответа на этот вопрос! — рассмеялся сын. — Или воображаешь, что он изменился, хотя я искренне забавляюсь, удивляя свет и сбивая с пути праведного невинных дев?

— Дев?! — ахнула мать.

Черт, да он удивил даже себя! Откуда у него вырвались эти слова?

Недаром он вошел в комнату с мыслями о Ребекке. Но Джулия тут же предупредила:

— Если ты не шутишь, я убью тебя собственными руками, пока до тебя не доберется чей-нибудь разгневанный отец.

Впрочем, мать просто жаловалась, правда, очень часто, на его постыдное увлечение женщинами.

Она вовсе не так уж стремилась увидеть его женатым и продолжателем рода Сент-Джонов. Не больше, чем он сам. Поэтому пока речь не шла о том, что старший сын намеревается перейти все границы и добавить к списку своих побед невинных девушек, она выражала свое неодобрение бесчисленными жалобами.

Джулия Лок Сент-Джон даже в свои сорок с небольшим по-прежнему могла считаться необыкновенно красивой женщиной. Правда, все семейство Лок было наделено необыкновенной внешностью. Хотя Джулия, как большинство Локов, была голубоглазой блондинкой, все три ее сына удались в отца и отличались куда более светлыми глазами и черными волосами.

Она была гордой и упрямой женщиной. После смерти мужа не сбежала домой в Норфорд, к своей родне. Она намеревалась сама воспитать детей, не выходя больше замуж, и часто объявляла, что была счастлива в браке с Полом Сент-Джоном, потому что встретила любимого человека, а подобная удача не случается дважды в жизни, поэтому, подобно брату Престону, герцогу Норфорду, потерявшему жену, предпочла коротать жизнь вдовой.

Однако ее еще маленькие сыновья, тогда одного года, восьми и десяти лет, остались без отцовского руководства: в доме не было других мужчин, кроме наставников, которые совершенно не годились на роль отца. Именно по этой причине она часто привозила сыновей к дядюшке Престону.

И для того чтобы выполнять обязанности обоих родителей, Джулия постаралась преобразиться.