Возможно ли, что Камушкины сознательно избегали публичности? Даже тогда в новостях не показали фото погибшей. Видимо, муж не хотел. И, судя по тому, что я знаю, всеми сделками занимался он сам, по генеральной доверенности.
Пока Егор топчется в очереди в почтовом пункте, я просматриваю бумаги. Не нахожу ничего порочащего мое доброе имя и звоню секретарю:
– Убедись, что махинации “Стройхауса” не кинут тень на нас – и отбой. Не хочу разбираться еще и с этим.
– Понял, босс! – рапортует Санчо. – Буду держать руку на пульсе.
Ну и все, этого достаточно. Почему я вообще забиваю себе голову чужими проблемами? Лучше подумаю о своей. Голубоглазой проблеме по имени Ася.
Вернулся Егор с огромной коробкой в руках.
Интересно, моя потеряшка скупила весь магазин? Я в то утро слишком спешил, не проверил ее заказ, просто нажал кнопку оплаты. Но если бы со счета ушла крупная сумма, Санчо бы сразу сказал: следить за движением моих личных средств входит в его обязанности. Не скажу что я мот, но Лариса тоже имеет доступ к моим деньгам.
Я вручил ей карту на день помолвки вместе с кольцом. Как символ моей любви и доверия.
Теперь самому противно от этой мысли.
Любовь? Доверие? Да я вчера заперся в душе, думая о другой! О бездомной и безымянной беременной женщине! И повторял ее имя как одержимый во время разрядки. Такого со мной не было с пятнадцати лет.
Ненавижу себя.
Дорога к дому в этот раз кажется бесконечной. Но вот машина въезжает в ворота. Из будки выходит Захар, он сегодня на смене. Киваю ему и иду к дому.
Рядом со мной – Егор, все с той же дурацкой коробкой.
Молча вхожу в прихожую.
– Макс… Николаевич…
Со стороны кухни появляется Ася. Все в том же нелепом синем халате. Ее взгляд вспыхивает радостью, но моментально гаснет, наткнувшись на мое мрачное лицо.
Отворачиваюсь и молча расстегиваю пальто. Снимаю ботинки и прохожу в ванную.
За спиной остается Егор.
– Вот, – слышу его бас через неплотно закрытую дверь. – Тут это, покупки.
– Спасибо. Тебя же Егор зовут?
– Да.
– А ты всегда такой суровый?
– Э-э-э…Нет.
– А по тебе и не скажешь. Как день прошел?
– Нормально.
– “Нормально” это хорошо или “нормально” это плохо?
– Хорошо.
Черт. Зачем она с ним говорит? Еще и глупость какую-то мелет.
– Спасибо, что забрал посылку.
– Сама донесешь?
– Не знаю, попробую.
Это она что, улыбается ему?
Сдавив пальцами края раковины, весь превращаюсь в слух.
– Нет, давай я. Показывай, куда отнести.
– Вон дверь, последняя по коридору.
