Моя чужая

Они были прекрасны…

Кровать, на которой происходили основные действия видеосъемки, стояла посреди комнаты, позволяя оператору запечатлевать все позы, со всех ракурсов и вообще, откуда душа пожелает. Я лежал, вальяжно раскинув ноги и положив руки за голову, а в это время оператор сие действий держал молоденькую девочку за копну ее волос и методично поднимал ее голову то вверх, то вниз, вырывая из ее горла весьма интимные звуки. Я постанывал, когда ее сладкие нежные губы находились у основания члена, и замирал, когда в ее рту оставалась лишь головка, а затем с нетерпением ждал, когда Макс давал ей время наглотаться воздуха, чтобы снова, зажав ее волосы в кулаке, заставлять сосать как последнюю шлюху.

Это было только начало. Я изнывал от дикого желания, но пока лишь успокаивал себя тем, что еще не наступило время. Еще чуть-чуть подождать нужно, понаслаждаться… у нас впереди весь день, чтобы оприходовать эту рыжеволосую суку.

Я взял повязку с шариком посередине, а затем приподнялся на локтях и сам схватил ее за копну волос, от нетерпения и вожделения поднимая ее бледное личико и заглядывая в ее огромные заплаканные глаза.

В них стояла пелена, слезы катились из глаз, смешиваясь воедино со слюной и белесой тягучей жидкостью у уголков рта и подбородка.

— Какая ты красивая соска, — похвалил я и несколько раз хлопнул ее по щеке.

— Ублюдок! — крикнула она, за что тут же получила смачную пощечину, — они убьют вас, мой дядя и мой жених убьют вас! — она зарыдала, пытаясь встать, вывернуться, убежать, — ненавижу, ненавижу!

Макс подошел ближе, наводя ракурс прямо на ее измученное сексуальное лицо.

— Ты уже устала, Лена, — со смешком произнес я, а затем надел на продолжающую кричать девушку этот зажим, полностью затыкая ей ее оттраханный рот, — эта часть нам больше не нужна, ты уже свое отсосала.

Я улыбнулся, чуть опуская ее лицо и заставляя смотреть на мой пенис, заставляя касаться его своими опухшими губами, красными щеками, носом…

— Смотри, шлюшка… он тебя трахает. Вот этот член скоро будет внутри тебя.

Несправедливо, да? Делов натворил твой дядя, а трахают группой тут тебя, — ухмыльнулся я, — но и ты ведь сделала свое маленькое дельце, тем самым подставив меня… Думаешь, я не знаю?!

Макс, держа в одной руке камеру, другой бесстыдно лапал грудь Лены, живот, трогал ее киску. Она закрыла глаза, из которых непрестанно текли слезы. Пыталась убрать свое лицо от моего члена, в который я тыкал ее, как тыкают нашкодившего щенка в тапки.