Моя до конца (СИ)

Стучать, естественно, не собираюсь, поэтому просто распахиваю дверь, шагаю в кабинет, а за мной Федя Воеводин. Я уже упоминала, что он симпатичный, высокий и как выяснилось умный молодой человек. И сейчас он подрабатывает у меня в качестве грузчика. Тащит ящик со всякой всячиной и даже ноутбук, а я несу телефон и женскую сумку на плече. Она, конечно, объемная, но материал — это все, чем она тяжела."

"Макар, развалившийся в кресле, сжимает в руке мобильник. Увидев нас, лишь приподымает бровь и больше ничто его состояния не выдает.

Но я, знавшая его, пусть и с пробелом в пять лет, успела изучить этого мужчину от и до. И именно сейчас по небольшой складке над бровью, едва сжатым губам и потиранию пальцев правой руки, лежащей на столе вижу, что он абсолютно точно не доволен увиденным.

— Перезвоню, — кидает он абоненту и кладет телефон на край стола.

— Вот сюда поставь пожалуйста, — указываю на стол, стоящий аккурат напротив Ветровского, — Спасибо Федь.

— Всегда рад, Арина, — сдержанно говорит он, чем рушит всю легенду.

Не знаю, почему делаю это. Наверное, тогда мне не хватило отмщения. Вернее сказать, его не было вовсе. Я чувствовала себя израненной, а он… Понятия не имею как, но точно уж не хуже меня. Учитывая, что именно он все это заварил!

И сейчас я хочу быть лучше, увереннее, успешнее. И пусть, в свои двадцать шесть я уже многого добилась, всегда ведь хочется большего. Особенно при встрече с бывшим.

— Это Федор Воеводин — отличный бизнес-аналитик, — представляю Федю.

И пусть это совсем не обязательно, и вскользь его уже представила Горгона, однако мне не хочется, чтобы Федя ощущал себя носильщиком.

Это элементарная вежливость.

— Очень рад, — Воеводин пожимает подошедшему к нам Попутному руку. Но не больше. Он не лебезит, не пытается понравиться. Знает себе цену, и я невольно сравниваю его с Артемом. Тот бы уже из штанов выпрыгивал. Очень уж он любит чужую помощь.

— Взаимно, Федор. Макар Ветров, — и смотрит на меня. Мол, «Имя мое забыла?»

— Я пойду, у меня еще есть работа.

Хорошего дня, Арина. Макар, — Воеводин с достоинством кивает последнему и выходит.

А мы с Ветровым остаемся вдвоем.

Не знаю, чего ждала, но потолок не рушится и пол не проваливается, а мы все еще остаемся стоять друг напротив друга.

— Я рад тебя видеть, Арина, — наконец говорит он. Наяву.

Сколько раз я представляла эту встречу в юношестве? Не счесть. Но сейчас все. Я выросла. Я больше не та обманутая им девочка. Не для меня этот ветренный поток.