Моя фиктивная жена (СИ)

 — Конкуренты в работе, как правило, у которых я перехватываю заказы. Видите, как быстро они все узнают?

Вот это точно. Узнали, что я работаю у Анарена, и мигом подсуетились, подсунули отраву."

"— Если бы вы умерли, то все свалили бы на меня, — мне сделалось так страшно, что я машинально сжала руку эльфа — и он ее не отнял. — Это ведь я принесла мармелад…

Эльфы и гномы терпеть не могут друг друга. Меня обвинили бы в том, что я проникла в дом Анарена и убила его из исконной неприязни.

И я не смогла бы доказать свою невиновность, это точно. Анарен ободряюще погладил меня по плечу.

— Все уже хорошо, Хельга, все в порядке. Как вы себя чувствуете?

Я не знала, что тут можно ответить. Как можно себя чувствовать после того, как эльф — длинные белые волосы с тонкими косами, пристальный взгляд хрустально-голубых глаз, тонкие черты лица, словно у древнего бога — целовал, пытаясь спасти от неминуемой смерти…

— Нормально, — откликнулась я.

 — Спасибо вам, Анарен.

— Идти сможете? — спросил он с искренней заботой.

— Не знаю, — честно ответила я. Вроде бы все уже было хорошо, но стоило мне шевельнуться, как голова начинала наполняться звоном, а ноги делались непослушными, словно набитыми ватой.

Анарен понимающе кивнул, и я сама не поняла, как он смог так ловко подхватить меня на руки.

— Тогда отнесу, — улыбнулся он. — И да, ужин был замечательным, и эта змея его не испортила.

— Я тяжелая, — испуганно призналась я.

Да про такое даже в книжках не пишут, потому что все понимают, что это вранье, и такого вот совсем не может быть. Утром я уехала из Подгорья, а вечером эльф носит меня на руках!

Я ведь и правда была худой по гномьим меркам, но совсем не пушинкой. Однако сейчас, в руках Анарена, я вдруг почувствовала себя легкой, почти невесомой. Сердце пропустило удар, стукнулось где-то в горле, сорвалось вниз.

— Да прекратите, — усмехнулся эльф, вынося меня из столовой.

 — Никакая вы не тяжелая, Хельга. Кстати, почему вы не плачете?

Я удивленно посмотрела на него. Анарен прошел через гостиную и стал подниматься по лестнице на второй этаж — я невольно обхватила его за шею и спросила:

— А почему должна?

— Обычно прекрасные барышни всегда плачут после таких опасных приключений, — объяснил он.

Вот, значит, как. Понятно.

— Прекрасной барышни здесь нет, — хмуро ответила я.