Моя фиктивная жена (СИ)

Младший мальчик потянул эльфа за руку и спросил:

— Дядя Анарен, а почему он так на вас смотрит?

Мы обернулись туда, куда указал ребенок — по противоположной части улицы шла стайка барышень с мороженым и кавалерами, заливаясь звонким смехом, по дороге катил экипаж с деловитым пузаном на пассажирском сиденье, но тротуар, на котором мы стояли, был пуст. На нем лежала лишь кружевная тень от яблонь.

— Там никого нет, Эдди, — сказала мать, но Эдди упрямо топнул ногой. Опята в его корзинке так и подпрыгнули.

— Есть! Дядька такой противный, стоял и таращился, словно дядя Анарен ему денег задолжал.

Анарен дружеским жестом взлохматил волосы мальчишки и ответил:

— Наверно он ушел за угол, Эдди. Не волнуйся. Так во сколько завтра ужин?

Расставшись, мы неторопливо побрели по улице. Гномы не ходят в гости с пустыми руками, и я решила, что завтра с утра загляну на рынок, куплю курицу и запеку ее в тесте, начинив луком и яйцами. Блюдо получится — пальчики оближешь, жаль, что к нему нет маринованных огурчиков.

— Может быть, это был как раз тот, кто заказал вас отравить.

— Я тоже так считаю, — согласился Анарен, повел носом и спросил: — Чувствуете запах?

Гномьи носы не слишком-то приспособлены для любых ароматов, кроме съедобных, но тут явно веяло зеленым чаем.

— Кто-то крепко надушился, — ответила я. Анарен кивнул.

— Да, это как раз тот, кто вчера подсунул нам с вами бервенунского змея. Использует духи, чтобы сбить со следа тех, кто захочет отыскать его по магическим оттискам.

— Зачем оттиски, тут можно просто по запаху… ой! — я крепко чихнула и добавила: — Искать.

— Не совсем, — произнес Анарен. Мы обошли чистильщика и запах зеленого чая вдруг исчез, словно по волшебству. — Видите? Уже не пахнет.

Я вздохнула и неожиданно подумала, что раньше только писала о приключениях, а теперь оказалась в них по уши. Отъезд из дома, знакомство с эльфом, бервенунский змей, убийца — и тот поцелуй. Я старалась выкинуть его из головы, но все равно вспоминала об осторожном прикосновении губ Анарена к моим губам.

Никакой романтики, конечно, и быть не могло. Он просто спасал мою жизнь.