Моя любимая мачеха, или Она не твоя

"

"Врач категорически запретил мне водить, да и в постель пытался уложить, чтобы после сотрясения не было последствий, но как я мог отдыхать в момент, когда решается моё будущее? Дома поговорить было невозможно. Катя сглаживала неловкость и заполняла дом собой, но и уединиться было проблематично. На работе может в любую минуту появиться отец. И лишь на объекте мы могли остаться наедине.

Поэтому я вышел и, подав руку, помог выбраться Милене.

— Не против немного пройтись? — мягко уточнил я и добавил зачем-то: — Мне прописали спокойные прогулки на свежем воздухе.

Мила кивнула и, опустив взгляд, побрела к зданию. Быстрым шагом дойти можно минут за десять, я надеялся, что мы погуляем полчаса. За это время можно обсудить наше будущее?

— Вот смотри, — обхватил одной рукой её кисть, второй показывая на стену. — Видишь? Тебе нравится?

Она машинально посмотрела на объект, а я в этот момент прижал к губам тыльную часть её ладони и, покосившись на девушку, признался:

— Я очень скучал.

Милена отшатнулась от меня:

— Что ты делаешь?

— Обнимаю, — шагнул к ней и заключил в кольцо рук.

Наклонившись, прикоснулся к её губам.

— Прекрати!

Милена накрыла мои губы своей ладошкой и сделала шаг, увеличивая между нами дистанцию.

— Я рассказала Баграту об измене.

Слово полоснуло раскалённым железом, я невольно вздрогнул:

— Измене? — Помотал головой, напоминая: — Ты же девственницей была, о какой измене может быть речь? Милена, ты моя женщина, а я твой первый мужчина. Отец поймёт… Он сам хотел, чтобы я женился на тебе.

— Что? Ты с ума сошел? Я не собираюсь за тебя замуж! Я люблю мужа, а ты… ты опоил меня и просто воспользовался телом.

В глазах девушки появились слезы, но она воинственно задрала подбородок, сжала свои тонкие пальцы в кулачки и всем своим видом показывала, что теперь она готова постоять за себя.

В меня словно что-то воткнули и провернули. В первое время я даже подумал, что мне показалось, что я неправильно расслышал. Но да, Милена это сказала.

Больно. Как же больно.

— Опоил? — горько усмехнулся и приподнял бровь. — Помнится, ты сама отхлебнула, совершенно добровольно. А опоить пытались меня. Алла пыталась, за что и поплатится. Добровольное признание с её стороны уже подписано. А что до второго… Воспользовался телом? Серьёзно? Ты стонала подо мной, Милена! Признай, что я тебе нравлюсь.

— Рома, мне … я… Прости, я не знала, что это не ты подсыпал что-то в бокал.