— Мы все опасны, что же нам теперь не жить?! — возмутилась я и взглянула в глаза старшей ведьмы.
— Малика, темные не подходящая компания для…
— Как и ведуны, да учитель Сальвовски, — перебила я ее. — Темные — не пара, ведуны — не пара, а кто же тогда годится для дружбы и любви? Рояна соф Клюемо моя лучшая и единственная подруга, ровно что сестра, и я не позволю вам болтать лишнее в ее адрес. Темная она или нет, вас это не касается. Ваше дело ее учить, а остальное не ваша забота.
— Смелые, даже дерзкие слова, — раздалось у входа.
На нас неприкрытым злым взглядом взирал Этьер соф Лумье. — Молодец, ведьмочка, так и надо. За своих нужно стоять до конца. Уноси свою малышку, Жеан, она сама еле на ногах держится. А я покараулю до утра. Вам, госпожа Сальвовски, если противно или боязно находиться в одной палатке с темной ведьмой, то советую просто удалиться.
Поднявшись, Жеан подхватил меня под колени и легко поднял. Ни слова мне не говоря, он пронес меня мимо Амелии и направился отдыхать. Для Рояны он более ничего не мог сделать.
Теперь все только в ее руках.
Глава 12
Утро нового дня началось неожиданно. Сквозь сон я ощутила ласковое, но достаточно настойчивое прикосновение к плечу.
— Малика, — кто-то томно выдохнул моё имя на ушко.
— Хм, — я попыталась отмахнуться от приставучего нарушителя моего сна и плотнее прижала к себе подушку."
"— Просыпайся, моя прелесть, — мужчина проложил дорожку из легких поцелуев от моего плеча до шеи. При этом он покусывал кожу, прихватывая ее зубами. Это оказалось неожиданно приятно и, чего скрывать, возбуждающе.
Довольно потянувшись, я прижалась спиной к горячей груди того, кто лежал рядом со мной. К моим ягодицам тут же прикоснулось что-то твердое и пульсирующее.
— Ой, — поняв, что так нагло пытается протиснуться между моих ножек, я распахнула глаза и попыталась отстраниться. Почувствовав моё сопротивление, Жеан плотнее перехватил мою талию одной рукой, вторая же бесстыже прошлась по моей груди, задев большим пальцем мгновенно набухший сосок, и остановилась на моей шее, фиксируя моё положение.
Словно провоцируя, он толкнулся бедрами в мои ягодицы.
— Жеан, — выдохнула я смущенно, — не надо.
— Что не надо, сладенькая? — рука мужчины, смело пригладив живот, поползла вверх и накрыла мою грудь. — Что же не надо?
Прикусив губу, я замерла, оглушенная своими ощущениями. Жарко. Как же мучительно горячи его прикосновения. Шершавая ладонь, заручившись моим молчанием, сжала вмиг отяжелевшую грудь и легонько ее погладила.
