Глава 13
Сквозь чары сна я слышала неистовый вой ветра, моя магия бунтовала, требуя свободы. Она отчаянно рвалась наружу, чтобы слиться с родной стихией. А тело болело и ломило.
— Рояна, — шепнула я в полубреду, — мне плохо, подруга. Ветер зовет.
Но мою макушку опустилась тяжелая рука и нежно пригладила непослушные локоны. Так утешают детей.
— Все хорошо, лисенок, — ответила мне ведьмочка почему-то мужским голосом, — это твоя магия, она будоражит твою душу. Не слушай ее, милая, отдыхай.
Мысленно согласившись с говорившим, я расслабилась.
Но совсем не слушать не получалось. Где-то там неподалеку заржала лошадь, напуганная стихией. Треснуло дерево, надломилась ветка. Сразу за стенкой палатки притаилась мышка, ее сердечко бешено стучало в ужасе перед разгулявшейся стихией. Природа стонала под натиском ветра.
— Буря, — шепнула я. — Рояна, я никогда не слышала бурю.
— Не слушай ее, рыжик, — кто-то еще раз погладил меня по волосам. Почувствовав такую непривычную ласку, я собралась с силами и приоткрыла глаза.
Рядом со мной лежал мужчина и пристально вглядывался в моё лицо. Его густые светлые волосы были распушены и волною свисали с широких смуглых плеч.
— Жеан?! Это ты? — моя голова плохо соображала и я все силилась понять сон это или явь?
— Конечно я, ведьмочка, ты так остро ощущаешь свою стихию, словно сливаешься с ней. Потерпи немного, совсем скоро ветер стихнет, а твоё сознание снова прояснится. Ты совсем не умеешь подчинять свою магию. Но это ничего, я научу тебя.
У нас будет для этого много времени.
— Завтра я уеду, — выдохнула я, — и жизнь снова вернется в прежнее русло. Но я никогда не забуду эту практику.
— Ты так мне и не поверила, мое рыженькое чудо. Все еще расправляешь свои колючки, — мужчина расслабленно лег на свою подушку и провел указательным пальцем по моей скуле.
Отвечать совсем не хотелось. Я верила ему сердцем, а разум нашептывал, что нельзя забывать об осторожности. Напоминал, что я сирота и бесприданница, а потому крайне невыгодная для аристократа партия.
Мне присматриваться нужно к мужчинам проще и скромнее.
Не желая продолжать столь щекотливый разговор, я прикрыла глаза и сделала вид что уснула.
— Притворщица, — мужские губы оставили ласковый поцелуй в уголке моего глаза, — какой же ты еще наивный ребенок. Спи, Малика, и ни о чем не переживай.
Поправив моё одеяло и подоткнув его со всех сторон, мужчина притих. Я вновь поддалась чарам сна и провалилась в забытье.
