Сволочь…
— Катя!! Ты что?!..
— А. Ну да. Извини. Это я про другое. Собирайся, я приеду сейчас за тобой. С… нашим любезным мужем поговорю сама.
От облегчения, что побуду под защитой Кати и хоть в чём-то буду полезной, быстро бегу к себе. Рассеянно скидываю несколько вещей в сумку. Главное — ноутбук и тетради. Надо позвонить Тимуру, но телефон сел. Да и Катерина сказала — сама. А Катерина очень уважаемая женщина. Мой отец доверяет ей дочерей. И Тимур даже оставил ей ребёнка воспитывать… У нас такого практически не бывает.
Дети всегда остаются с отцом. Может, ещё примирятся? Я была бы счастлива, если бы Катя с Марусей жили с нами. Но это, конечно, глупости. Катя же замужем за другим мужчиной. У них это нормально. Шариат тоже разрешает. А мой отец говорит — харам. Только вдова имеет право на второй брак. А плохая жена, с которой развелись — нет. У него на всё свой взгляд. Но Катя очень достойная, поэтому и муж, наверное, сразу же нашёлся.
Повязываю шарф на голову. Так я чувствую себя более защищённо сейчас.
Выхожу на улицу, сжав в руках свою небольшую сумку. Через некоторое время слышу, как Катя открывает внешнюю дверь магнитным ключом.
— Пойдём… — кивает мне на выход.
Сажусь в её машину.
— Тимур отпустил?
— Отпустил. Позвонит — сразу дай мне трубку.
— Телефон сел.
— Да? Ну хорошо. Поехали. Мне надо няню срочно отпустить.
Судорожно вздыхаю, пытаясь успокоиться. Катерина сердито смотрит на меня. А потом неожиданно обнимает, гладит по голове.
— Ничего не бойся.
Всё будет хорошо. Попей водички, — протягивает мне бутылку. — Алла сильно пострадала?
— Я не знаю.
— Без сознания была?
— В сознании. Плакала. Я правда не хотела.
— Я знаю. Не переживай.
Мы едем по горящему неоновыми огнями центру. Мимо того злополучного фонтана, возле которого я потеряла своё достоинство и никак не могу вернуть. Бестолковая…
— Ну, рассказывай!
— О чём?
— Тимур затащил тебя в постель, я правильно поняла?
— Ну он же муж.
— Это не даёт ему право совращать девочку!
— Как это?
— Ты не хотела? Честно скажи мне.
— Катя, не надо об этом, пожалуйста. Харам… Нельзя обсуждать.
— Кошмар какой… Как он мог?.. — разочарованно и с отвращением.
— Он ничего плохого не делал.
— Ну да.
— Не обижал меня, — качаю я отрицательно головой.
— Ещё бы он тебя обижал!
— Почему тогда сердишься на него?"
"— Я тебе попробую объяснить. У нас, Ляся, не так, как у вас, у мужчины нет такой власти и прав над женщиной.
