А потом кивком головы подозвал Олю.
Оставалось теперь встать на непослушных трясущихся ногах и не свалиться. Она поднялась, придерживаясь за стену, при этом приходилось чуть ли не по рукам себя бить, чтобы не хвататься за живот. Им не надо знать. Никому не надо.
— Сидите смирно, — сказала детям, стараясь не шевелить губами, и пошла."
"Думала, что придется обходиться тем, что есть в сумке — она по привычке продолжала таскать с собой бинт, вату и спиртовые салфетки. Но ей в руки сунули вполне приличную по содержанию походную аптечку.
Так называемую армейскую тактическую — там даже нашелся шовный материал.
Зато обезболивающего не оказалось. Раненый бандит показал на себя, Оля поняла, что он его уже себе уколол. Теперь ясно, почему он так спокойно переносит боль. А может там и позабористее что-то введено, но это не ее дело.
Ее дело промыть рану, продезинфицировать. Стянуть рваные края и зашить. Обработать антисептиком.
Впервые она работала вот так, на коленках. Вспомнился Антон, и Оля с трудом сдержала слезы — как бы ей сейчас понадобилась его помощь! Их всех помощь, а особенно французского спецназа.
Мальчики не сводили с нее глаз, и когда она вернулась к ним и села рядом под стенку, теснее прижались с двух сторон.
Снова тишина, прерываемая тихим плачем и тяжелыми вздохами. Оля закрыла глаза и крепче обняла мальчиков. Зря она понадеялась, зря…
Плеча коснулся металл. Она открыла глаза и вздрогнула. Бандит с перевязанной рукой ткнул ей в плечо автоматом, поймал непонимающий взгляд и глазами указал на дверь.
Быстро поднялась, хоть затекшие ноги не держали, и потянула за собой мальчишек. Марти цеплялся за нее обеими руками, и так было даже удобнее. Оля была уверена, что мальчика оторвать от нее сейчас может только какая-то очень грозная сила.
— Идем молча, — проговорила сквозь сжатые зубы и устремилась вслед за широкой спиной в камуфляже.
Она надеялась, что их просто отпустят обратно, вниз, к эскалаторам. Туда, где люди, где наверняка уже полно полиции, где Костя…
Но их провели через один коридор, потом через второй, заставили подняться по железной лестнице, а потом распахнули дверь и вытолкали наружу.
В лицо ударил морозный воздух. Вечерний воздух, на улице уже порядком стемнело. Оля оглянулась и похолодела — крыша. Они на крыше. И как теперь отсюда спуститься вниз? Через технический этаж не получится, он захвачен террористами.
— Смотрите, там летний ресторан, — дернул ее за локоть Роберт.
